– Хорошо. Я не настаиваю. Просто сложно представить, что у вас есть еще какие-то тайны, поверх уже имеющихся.

– Я думаю об этом же. До каких пор все это будет всплывать и мешать нам жить?

Я вздыхаю, на этот вопрос ответа нет.

– Приходи завтра после учебы в офис. Поговорим, поужинаем.

– Ладно. Приду.

– Ну что, я пошел? – спрашивает Крестовский.

Я фыркаю, потому что на самом деле он хочет остаться. Я просила перед универом дать мне время и пространство, чтобы спокойно войти в колею. Над учебниками я не сидела уже очень долго, и, подозреваю, будет тяжко.

– Ладно, – сдаюсь под горячим взглядом, – можешь остаться. Но мне рано вставать! Поэтому ровно через час мы ложимся спать.

– Как пожелаете, Анна Артемовна.

– Покажу тебе платье для первого учебного дня. Жди.

Ухожу в ванную и там переодеваюсь в черное платье-футляр. Н-да… определенно для учебы оно коротковато. А вырез слишком откровенный, никакой шарфик не спасет. В умении подбирать одежду Крис не откажешь.

Зато Игоря подразним…

Я выхожу в комнату и останавливаюсь перед постелью. На лице Крестовского совершенно чудное выражение удивления.

– Это… кхм… что?

Его взгляд скользит по моей шее к ложбинке, ничуть не прикрытой платьем, по ряду пуговичек вниз, до подола и выреза.

– Платье, – отвечаю я.

– Платье?! Для универа?

– А что такого? Черное, строгого покроя. Мне кажется, очень хорошо.

– Калинина, только через мой труп! – рычит он.

Боже, какие мы серьезные. И ревнивые. Да откуда на экономическом парни, там наверняка целый факультет девиц.