– Я думала, она не ваша семья.

– Теперь наша. Она сестра Крис. Их перепутали в роддоме.

Он никому не расскажет о том, что сделал отец.

Стася ахает. А потом… вдруг обнимает его за шею и прижимается губами. Они у нее сладкие, пахнут яблоком и корицей. Несколько секунд Игорь растерянно прислушивается к себе: чувствует он хоть что-то? Мужик он, в конце концов, порой Стаська перегибала с соблазнением и вызывала у него вполне естественную реакцию. Но трахать дочку друга – это слишком.

Нет. Не чувствует. Добровольно выжег себе все на хрен, сначала пустил Аньку, а потом, когда ее выбросил, так и оставил пустоту.

– Стась… – Крестовский отстраняет помощницу.

– Ну что?! Игорь…

– Иди домой, Стася.

– Да брось, мы взрослые люди, неужели я тебе не нравлюсь…

Она быстро расстегивает верхние пуговички на платье, на ней нет белья, и аккуратная упругая грудь должна его завести, но… может, в другой раз он бы и повелся.

Сейчас не может. От необходимости все это объяснять Игоря спасает звонок.

– Герман?

– Игорь Олегович… Кристина Олеговна с вами?

– Взяла мою машину и уехала, что такое?

Блядь. Только не Крис. Она клялась, что будет осторожна! Она клялась, что ей стало легче! И он, дурак, дал ей машину.

– Машина сгорела, мы тут… ищем… но… не знаю, надо людей, я вызвал пожарных и «Скорую»…

– Где вы?

– Сброшу адрес.

Это проклятие? Оно не успокоится, пока каждый Крестовский не окажется в могиле?

Несется, как псих. Последнюю наличку отдает какому-то гаишнику, тормозящему его в самом начале. Хорошо, что машина запасная всегда на парковке.