Чейз слегка щипает меня за сосок.

— Иди и посмотри, чего он хочет, — стонет она. — Он испортил замечательный сон.

А еще он испортил отличный стояк, который я планировал сохранить до тех пор, пока не разбужу Чейз. Моя эрекция умирает печальной смертью, когда я откидываю одеяло и вскакиваю с кровати, готовый устроить настоящий ад. По другую сторону двери в спальню Дэш идеально одет, его светлые волосы уложены и зачесаны назад, на нем рубашка на пуговицах и отглаженные брюки — такая одежда, которую он не носил уже очень давно.

— Что? Что, черт возьми, с тобой не так? Почему ты так выглядишь?

Он качает головой, отметая все до единого вопросы.

— Спустись на кухню. И надень какие-нибудь штаны. Черт возьми, я вижу весь контур твоего члена сквозь эти боксеры.

Я чертовски не рад этому — даже близко не рад, — но этот придурок уже бежит вниз по лестнице. Потом натягиваю пару спортивных штанов и чистую футболку, представляя все разные способы, которыми мог бы наказать Дэша за то, что он испортил мне утро. За секунду до того, как собираюсь выйти из комнаты, мне приходит в голову мысль.

Я быстро проверяю, не наблюдает ли за мной Чейз — она снова заснула, ее волосы алым ореолом окружают голову на фоне белой подушки, — а затем на цыпочках вхожу в свою импровизированную темную комнату. Схватив то, за чем туда зашел, я крадучись выхожу из комнаты, а затем с грохотом спускаюсь по лестнице, где нахожу Дэша и Рэна, устроившихся во внутреннем дворике.

Этим утром немного холодно, холодный ветер дразнит деревья. Дайте пару недель, и осень в Нью-Гэмпшире войдет в полную силу. Жаль, что к тому времени нас всех уже здесь не будет. Рэн сидит на подлокотнике одного из шезлонгов во внутреннем дворике, его босые ноги на подушках, волосы — непослушная масса волн. Он делает глоток из кофейной чашки в своих руках, передавая ее мне, когда я опускаюсь на стул рядом с ним.

Кофе черный, горький и чертовски крепкий.

Идеально.

— Ну? Объясни, — говорю я, обращаясь к Дэшу.

Он поднимает журнал, который я узнаю. Мой фотожурнал «Кингстон Джорнал». Похоже, прибыл последний выпуск моей подписки. И я на гребаной обложке.

— Что это, черт возьми, такое?

Я выхватываю журнал из его рук, пытаясь понять, что я вижу: себя. Сломленный. Побитый. Синяк под глазом. Разбитая губа. Обнаженный. Хотел бы я сказать, что не видно большую часть моего барахла, но, черт возьми, это не так. Я и глазом не моргнул, когда Кросс спросил меня, не позирую ли я обнаженным. Есть не так много мест, где можно поместить член и яйца парня прямо на первую гребаную страницу. Никогда бы не подумал, что в «Кингстон Джорнал» это возможно, но, похоже, я ошибался.