– Ничего особенного – сказала Скарлетт и постаралась улыбнуться. – Просто этот джентльмен слишком неловок, он так сильно наступил мне на ногу во время танца, что я, не выдержав боли, вынуждена была прервать его на самой середине и уйти.

– Миссис Батлер, простите меня за неловкость – сказал Густав, и театрально приложив руку к манишке, поклонился. – И дайте мне возможность загладить свою вину. Надеюсь, что во время следующего танца я буду более осмотрителен и постараюсь не причинить Вам боли.

– Но, уж нет, мистер Дрожичек, я не хочу вернуться домой с покалеченными ногами и танцевать с Вами больше не стану! Я слишком требовательная партнерша и не допускаю даже малейших погрешностей во время танца, а уж эта Ваша и вовсе не находит себе никаких оправданий! Так, что, придется Вам подыскать себе другую партнершу, да к тому же, все остальные танцы я обещала мистеру Грейни. – И она, ядовито взглянув на оставшегося ни с чем ухажера, взяла под руку Кевина Грейни и повела его к столику, за которым сидел мистер Лангстер.

– Проводите меня, Кевин, у меня пересохло в горле, и я хочу чего-нибудь выпить – сказала она.

– Так что все-таки произошло у Вас с этим джентльменом? – спросил Кевин, как только они удалились на некоторое расстояние от Дрожечка. – Вы не хотите сказать мне?

– Нет. Вернее, не считаю нужным обращать на это Ваше внимание.

– Ну, тогда я сам поговорю с ним и все выясню.

– Я благодарна Вам, Кевин, но, право, все это не стоит и выведенного яйца. – Постаралась успокоить его Скарлетт, подумав о том, что не хватало только, чтобы двое мужчин, один из которых оставил дома беременную жену, устроили сейчас в Гильмор – Гарден скандал из-за нее, да к тому же в присутствии четырех десятков органов нью-йоркской прессы!

– Но он испортил Вам настроение!

– Испортил настроение? Вовсе нет! – Скарлетт весело улыбнулась. – Я хочу шампанского и побыстрей, потому что за кадрилью непременно последует вальс, и мы с Вами не должны его пропустить.

Ее настроение действительно улучшилось через некоторое время. Она танцевала с Кевином Грейни и Джоном Лангстером, который на удивление для такого солидного мужчины, прекрасно владел своим телом и двигался намного лучше Кевина. Зато Кевин рассказывал ей пикантные смешные истории, часть из которых была абсолютной выдумкой, и это ее веселило.

Густав Дрожичек после отказа Скарлетт переместился в другую часть зала и больше не напоминал ей о себе, а их столик вскоре оккупировали французы – театрал Кутерьме и пара его молодых друзей, которые наперебой приглашали танцевать Джулию и Нели.