— Встанет.

— А если всё-таки нет?

— Встанет!

— Нам бы твою уверенность…

— Мне никто больше не нужен. Я Даню люблю. Буду день и ночь молиться о том, чтобы он смог вылечиться. И буду ждать. Только… Он этого не хочет…

На глаза навернулись слёзы. Я при любом раскладе не смогу его забыть, никого к себе не подпущу больше, но если это взаимно, то и ждать легче.

— Мне кажется, это не так, — произнёс задумчиво Вадим, и в моё сердце мягким светом и теплом начала проникать надежда. — Я поговорю с ним. Обещаю. Но… Даня упёртый.

— Спасибо! — горячо поблагодарила его.

Он хотя бы попытается. У Дани и отчима сложные отношения, я помню, но, может быть, в этой ситуации он прислушается к нему?

— Пока не за что, — хмыкнул мужчина и вынул телефон из кармана куртки. — Диктуй номер.

Он вбил названные мной цифры в контакты своего смартфона и снова поднял глаза на меня.

— Буду держать тебя в курсе, — сказал он мне. — Я верю в ваши чувства.

Я молча смотрела на него с благодарностью. В этих словах было так много, что не выразить. А вот мама Дани в нас не верит, считая меня мимолётным увлечением…

— Вы мне позвоните, когда можно будет снова увидеть Даню? — спросила я.

— Да, когда сам переговорю с ним, и когда будет удобный момент. Альбина почти всё время сейчас проводит с Даней. Даже с работы уволилась.

— А когда его повезут в Израиль, скажете мне?

— Ты даже его проводишь.

— Спасибо! Не знаю, как вас благодарить…

— Да это тебе спасибо, — ответил Вадим, вставая из-за стола. — Что не бросаешь его… Даже с таким характером. Уверен, для него это тоже много значит. Ну, пока! Не плачь, я тебе попробую помочь. Всё будет хорошо.

Он ушёл, а я побрела в своё отделение.