Во вторник утром Майк сидел за своим столом в участке, прижимая телефон к уху, когда увидел, как Джо «Кэл» Каллахан неспешно поднимается по ступенькам, одетый в свою зимнюю униформу — выцветшие джинсы, обтягивающую черную футболку, черные мотоциклетные ботинки и черную кожаную куртку.

Кстати, эта униформа была такой же, что и его летняя, за исключением, что летом он не носил куртку.

С тех пор как он сошелся с Вайолет и ее дочерьми, они сотворили ряд чудес, касающихся Кэла. Но даже в доме, заполненном женщинами, любивших ходить по магазинам, заставить Кэла отказаться от своей всесезонной черной униформы их чудеса оказались бессильны.

Его взгляд упал на Майка в тот момент, когда ботинок Кэла коснулся последней ступеньки.

Майк поддерживал зрительный контакт, пока Кэл шагал через офис, и он сохранял с ним зрительный контакт, пока Кэл не устроился на стуле рядом со столом Майка.

Кэл, будучи Кэлом, на протяжении всего пути не выдал ни единой эмоции.

От появления Кэла Майк напрягся.

Он часто встречался с Кэлом. Если они оказывались одновременно в салуне «Джей энд Джей», то Майк мог выпить с ним пиво. Кэл был близок с Колтом. А падчерица Кэла была тесно связана с сыном Таннера Лейна, так что они обязательно пересекались, поскольку, без сомнения, Лейны и Каллаханы однажды станут семьей. Таннер, как местный частный детектив, часто бывал в участке. Но визит Кэла был необычным явлением.

— У нас то же самое, — сказал Майк в телефон детективу, работающему над тем же делом — о краже со взломом для Управления полиции штата. И когда он сказал это, то имел в виду, что у них нет абсолютно ничего, черт возьми. — Если что-то всплывает, держи меня в курсе.

— Принято. И ты со своей стороны. Пока.

— Пока, — пробормотал Майк, и положил телефон на подставку.

Он поднял брови на Кэла, а затем увидел, как на лице Джо Каллахана медленно расплылась широкая ухмылка.

Всего несколько лет назад Джо Каллахан выдавал полторы ухмылки в каждые пять лет.

Теперь, когда Вайолет находилась в его постели, ухмылки Кэла появлялись чертовски часто.

— Не хочешь объяснить свою ухмылку? — поинтересовался Майк, потому что Кэл продолжал молча сидеть, ухмыляясь ему и не говоря ни слова.

Хотя, видя эту ухмылку, Майк не хотел ничего слышать.

— Соседка, — пробормотал Кэл сквозь ухмылку, не говоря уже о том, что это чертовски раздражало, Майк откинулся на спинку стула. — Что я говорил? — продолжил он.

— Ты это серьезно?! — переспросил Майк.

— Что я говорил? — повторил Кэл.

Черт, они серьезно говорили об этом.