Он берет трубку после второго гудка.
– Привет.
– О боже. – Я нервно хватаюсь за горло и царапаю ключицу, пока пытаюсь восстановить самообладание.
– Это же уму непостижимо, Дин!
– Ага. Как раз читал перед тем, как ты прислала мне скриншот.
Я с трудом сглатываю.
– Что там написано? Она давала интервью? Как ей удалось сбежать?
Я слышу в трубке, как он двигается, на заднем плане раздается тихий шорох.
– Ее зовут Табита Брайтон. Она утверждает, что прошлой весной Эрл похитил ее вместе с профессором колледжа. Их продержали в подвале два месяца, прежде чем Эрл убил парня, а ее отпустил.
– Отпустил ее? – шокированно повторяю я. Мое сердце колотится о ребра, и меня начинает трясти. – Она лжет. Она должна лгать. В этом животном не было ни капли человечности – он ни за что не отпустил бы свою жертву.
– Я не знаю, Кора. Информацию пока изучают, но профессора уже проверили. Его звали Мэтью Глисон, и одно из тел, найденных на территории Эрла, принадлежало ему.
– Это… Это не может быть правдой. Больше никого нет… – Я откидываюсь на декоративные подушки и утыкаюсь взглядом в потолок, схватившись за грудь. Дыхание учащается. – Больше никого нет.
– Я только хочу сказать, что звучит правдиво, – отвечает Дин. – Было найдено одиннадцать тел, но он брал своих жертв парами. Я просто подумал, что, либо кого-то до сих пор не нашли, либо он сначала практиковал свое больное дерьмо на ком-то в одиночку.
– Но… зачем ждать столько времени, чтобы заявить о себе? Скольких человек можно было бы спасти. Нас могли бы спасти! – Я встаю с кровати и начинаю расхаживать по комнате. – Она, должно быть, врет. Она ищет внимания, и… или денег, или чтобы однажды увидеть свое имя в учебниках истории. Она мошенница, Дин.
– Корабелла… – Его голос смягчается, он пытается меня успокоить. – Уверен, что скоро появится больше подробностей, но почему это вообще так важно? Что сделано, то сделано. Уже ничего не изменишь.
– Потому что! – восклицаю я. – Тесси и ее сводный брат были бы живы, как и бесчисленное множество других. Нас бы не похитили из твоей машины посреди ночи, не заковали в кандалы, как собак, не заставили делать… – Эмоции достигают пика, и я хватаюсь пальцами за шею, ловя ртом воздух. – Все было бы так, как и должно быть. Мы бы продолжали друг друга ненавидеть, ты бы женился на Мэнди, а я бы не стояла здесь и не ломала голову, как, черт побери, перестать тебя любить.
Я прижимаю ладонь ко рту, пытаясь заглушить тихий вскрик. Из глаз капают горячие слезы. По маленькой комнате эхом разносятся мои сдавленные вздохи, и мне хочется, чтобы Дин сказал что-нибудь, что