Вхожу в ее комнату, она сразу же настораживается, оборачивается и смотрит на меня испуганно. Такое чувство, что именно я ее чем-то обидел. Но такого не может быть.

Прикрываю за собой дверь. А она начинается пятиться, обходя кровать.

— Матвей, что ты делаешь? Я хотела отдохнуть.

— Отдохнешь, — киваю, не сводя с нее внимательного взгляда. — Но сначала расскажешь, что с тобой?

Судорожно сглатывает и опять немного отступает. Да что, нахрен, происходит?

— Я… я не готова сейчас разговаривать…

— С бабушкой что-то?

— Нет, с бабушкой все хорошо. Потихоньку идет на поправку, — тихо отвечает, не сводя с меня подозрительного взгляда.

Начинаю медленно надвигаться на нее. Нервничает еще больше. Прищуриваюсь. Мне подменили жену, пока она была в клинике?

— Матвей, что ты делаешь?

Упирается ногами в прикроватную тумбочку. Все, отступать больше некуда. Но она в секунду вскакивает ногами на кровать и перебегает на другую ее сторону.

Замираю и хмурюсь.

Что за ерунда?

— Не хочешь объясниться? — чуть не рычу. — Что ты делаешь?

— Я… я… — заикается растеряно, а потом как будто берет себя в руки и внезапно выдает. — Я больше не буду с тобой спать!

Удивленно смотрю на свою жену, а потом медленно произношу:

— Да неужели?

— Да, нам надо остановиться, — кивает с серьезным видом. — Если ты хочешь, чтобы этот брак продержался шесть месяцев, то нам надо прекратить наши интимные отношения.

— А если я хочу, чтобы больше? — приподнимаю бровь.

— Это исключено, — мотает головой.