Я даже имени его не знаю... Ничего — исправим.

Грозный посадил малыша в машину, потом обнял Алису, и они долго целовались.

А меня чуть ревность не съела. Хотелось выйти из тачки, подойти и всечь этому докторишке по морде.

Только вот он муж, а я никто.

Выхожу из машины, когда Грозный уезжает. Иду за Алисой метрах в пятидесяти, наслаждаясь плавным покачиванием её бёдер в обтягивающих попку спортивных брюках.

Узкая талия, жопка, как орех... Ауф!

Я исхожу слюной, чувствуя, как наливается кровью в моём паху. Взрослый мужик, веду себя, как подросток. Но трудно сдерживаться, когда объект желания такой аппетитный. Завалил бы прямо здесь…

Тормозит, ставит небольшой чемодан. Поворачивается ко мне и ставит руки в боки.

— Может, хватит таращиться?— произносит раздражённо.

— Кто? Я? Ни разу,— отмазываюсь и отвожу глаза в сторону.

Иначе точно врежусь взглядом в её вырез майки. Там такие два манящих холмика...

— Ага, по ушам не втирай.

Вежливее она так и не стала. Ни привет, ни здрасте, как раньше.

Я скучал по её ядовитому характеру. Повезло мужу, он с ней может постоянно препираться. Я бы от наших ссор тащился, примирения бы точно были горячими.

И это мать моего сына. Лучше и пожелать нельзя. Единственная, с кем я хотел семью. И теперь она у меня почти есть. Осталось увести её у доктора.

— Что ты здесь делаешь? Ты должен на машине ехать,— спрашивает, когда я поравнялся с ней.

— Решил не отбиваться от коллектива. Поеду со всеми в автобусе. Помочь?— кивнул на чемодан.

— Обойдусь,— натянула на уши наушники и пошла вперёд, волоча за собой багаж.

Я, словно собачка, сзади. Вечность бы так ходил.

В автобусе она проходит в самый конец и занимает место. Откидывает голову назад и закрывает глаза, погружаясь в музыку из наушников.