— Чему ты его можешь научить? Как по клубам шастать да телок трахать? Он и сам этому прекрасно научится в своё время, без твоей помощи. Очень надеюсь, что ему по наследству твоя "специфическая" болезнь не передалась,— бьёт хлёстко словами.

— Давно уже никакой болезни нет.

— Ой, ли? Позавчера в лифте кто на меня накинулся? Ещё раз подобное выкинешь, и я тебя за харассмент привлеку. Дело может, и не выиграю, но шумихи в прессе поднимется ого-го. Хочешь?

— Хочу!— подхожу ещё ближе и нависаю над ней, сверля взглядом.

Смотрит с вызовом, гневно раздувая ноздри. С силой сжимает стаканчик кофе и всё содержимое фонтаном выплёскивается на мою белую поло.

— Упс!— прикрывает рот ладошкой в перчатке.— Вот я рукожопая,— делает вид что сокрушается.

А сама натягивает издевательски довольную улыбку. Уходит и оставляет меня с этим чертовым пятном на рубашке.

— Сучка!

По крайней мере, я теперь знаю, как зовут сына.

Илья.

В автобусе достаю с полки сумку, чтобы переодеть испорченную поло. Хватаясь за край рубашки, обращаю внимание, что на меня пристально смотрят все девушки съёмочной группы.

А сзади Алиса...

Надеюсь, и ты не исключение.

Специально поворачиваюсь к ней лицом и медленно снимаю рубашку, чтобы успела заметить всё.

Я четыре года себя в спортзале убивал, и моё тело, как говорит Аврора — " шедевр". Мышц солидно нарастил.

Не смотрит... Отвернулась к окну и снова в наушниках. Но... На стекле моё отражение.

Руки на коленях, сжаты в кулаки, и она тщательно старается быть равнодушной.

Ну, давай! Повернись!

Косится...

Усмехаюсь. И надеваю чистую футболку.