— Вам виднее, кто отец ребёнка,— смотрит на меня осуждающе.— Но у меня двадцать лет опыта в акушерстве. Я все эти цифры в ХГЧ и параметры на УЗИ наизусть знаю. Спросите, ночью разбудив, прочитаю, как Отче наш.

— И на старуху бывает проруха...

— Можете проверить у другого врача — разводит руками.— Если сомневаетесь в моей компетенции.

— Обязательно,— собираюсь и сбегаю из кабинета.

Где-то у меня был номер Нины Абрамовны, которая вела мою беременность Ильёй. Она знакома, знает мои проблемы с антителами.

Твою мать... Опускаю бессильно плечи. Антитела...

Какая группа крови была у Виталия? Кажется, вторая положительная.

— Не могли нас нормальными сделать?— смотрю с усмешкой в потолок, посылая свои слова космосу.

Где-то видела бредовую передачу, в которой говорили, что люди с отрицательным резусом созданы искусственно инопланетянами, чтобы в них никого нельзя было подселить.

Если призадуматься, то ведь действительно беременность наш организм рассматривает как угрозу и тщательно пытается от неё избавиться. Но связывать это с пришельцами... Маразм...

Нахожу в телефоне номер Нины Абрамовны. Звоню, напоминаю, что я та самая нерадивая, которая не ходила на приёмы и анализы с резус-конфликтом. И что я снова беременна.

Она обречённо вздыхает, ведь советовала мне не рисковать больше своей жизнью. А учитывая факт, что Грозный был бесплоден, можно было и не волновать.

Бесплоден...

Выходит, перед тем как уйти к праотцам ты мне подарочек оставил? Неожиданное чудо...

— Жду через два часа у себя,— произносит сухо гинеколог и отключается.

Вот Нина Абрамовна не даёт категоричное заключение по сроку. Увиливает от прямого ответа. Говорит про медленное развитие плода, намекает на патологии. Назначает кучу анализов, чтобы точно убедиться.

А ещё сокрушается, что Грозный ушёл из жизни. Все рекомендации, рецепты она отдавала сразу ему, в обход меня, он уже следил за их выполнением. Так что общались они плотно на протяжении пяти месяцев.

Несколько дней сбегаю с утра пораньше в больницу без завтраков. О чём недовольно ворчит на работе Ник, когда остаёмся одни.

— Что за тайны, Алис?— напирает с вопросами.

— Никаких тайн...