Ну вот этого только сейчас и не хватало.

Ника напрягается, а я подвисаю. Правильно сейчас будет от нее отодвинуться, но меня словно приклеили. Закрываю глаза, вдыхая ее запах. От нее пахнет зубной пастой, будто она позавтракала этим тюбиком.

Медленно перемещаю свою ладонь ей на живот. Можно сказать в безопасную зону.

Ника не реагирует, а меня так и подмывает с разбега залететь в тему вчерашнего вечера. Что я собственно и делаю. Спрашиваю:

— С чего ты решила, что шлюха?

Не знаю, возможно, она это из-за прихода ляпнула, но чаще всего сознание выдает все, что в обычной жизни скрывает в потаенных уголках разума.

— Ника — и шлюха? Это капец каламбур. Честно. Про меня еще так можно сказать, — уже откровенно ржу, чувствуя вибрации ее тела под ладонью. — Но про тебя…

Она тоже смеется, но вместо ответа задает вопрос:

— У нас отношения?

— Да, — отвечаю не думая.

Это факт. Зачем думать?

— Серьезные?

— У меня таких еще не было, — касаюсь губами ее плеча.

Ее напряжение все еще ощутимо, и мне это не нравится.

— Ты вчера блевала, пока я держал тебе волосы и засовывал пальцы в рот. Так что теперь у нас самые серьезные отношения. Эта близость посерьезней секса будет. Отвечаю.

Ника прыскает от смеха, уже не сдерживаясь.

В какой-то момент происходит заминка. Мы оба замолкаем, а потом она переворачивается. Ложится со мной лицом к лицу. Ее острые соски царапают мне грудь.

Тяну воздух через нос, мысленно приказывая себе успокоиться. Подумаешь, в одной кровати. Подумаешь, она голая. Кусок белого кружева не в счет. С кем не бывает?

— Получается, мы перепрыгнули ступень?

— И не одну, — подмигиваю.