— Поможешь тут все собрать?

Нужно себя отвлечь. Предложение так себе, но я тупо боюсь перешагнуть грёбаную черту. Впервые боюсь кого-то отпугнуть.

— Зачем?

Ника зажимается у двери. Растирает голые плечи руками. Только сейчас понимаю, что она сняла куртку, под которой надета лишь футболка. То есть одна майка. Ткань, натянутая на груди, прекрасно очерчивает острые соски.

— Я завтра переезжаю, — отвечаю после паузы. Сглатываю и резко отворачиваюсь.

— Переезжаешь? — слышу ее шаги за своей спиной. — Куда? Почему? Зачем?

Никак смотрит на меня во все глаза и пуляет вопросами без пауз. Стоит сбоку.

И правда, куда? Об этом я не думал. Совсем. В отель, наверное, на первое время…

Нике, правда, говорю другое.

— К матери, ей сейчас трудно. А квартиру буду сдавать.

Не хочу посвящать ее в терки с отцом и мачехой. Оно ей не надо.

Взгляд, естественно, прилипает к ее груди под тонкой тканью футболки.

— Ян, — Ника привстает на носочки, трется носом о мою щеку, обвивая руками шею, — я хочу по-настоящему. Сегодня.

Подвисаю. Нет, понимаю о чем она, просто…

Мозг разрывается от этой информации.

— Ты уверена?

Целую в шею и прижимаю к себе крепче, но черту не перехожу, несмотря на то, что готов отлюбить ее прямо здесь. На столе. Да. На столе…

— Уверена.

— Хорошо, — киваю, как болванчик.

Пока все это кажется сном. Возможно, снова шалит воображение и я вообще, все не так понял. Вдруг мы, блядь, про что-то другое сейчас говорим.