Ладка подскакивает ко мне моментально. Якобы плачет, а у самой глаза блестят от своего триумфа.

— живой, — прищуриваюсь. Рассматриваю ее пристально, а потом тяну ворот водолазки на себя.

— Что ты себе…

На шее у нее и правда синяки.

— Моих рук дело? — усмехаюсь и прохожусь пальцами по «синякам». На удивление это не грим. Ничего не размазывается.

Она тут же отскакивает в сторону. Поправляет кофту.

— Я тебя предупреждала.

— Ага. Сколько должна? — пуляю чисто наугад, а вот Ладушка меняется в лице.

В ответ, конечно, молчание. Интересно, но внимание не заостряю. Меня вымотал этот сраный день. Я хочу побыстрее отсюда свалить.

Домой приезжаю уже около часа ночи. Щелкаю кнопку, чтобы открыть ворота с пульта, и заезжаю на территорию ЖК. Фары освещают подъезд.

Бросаю взгляд на женскую фигуру, и отъехав еще метра два, бью по тормозам.

Меня глюкнуло или там Ника?

Бросаю тачку посередине двора и иду к скамейке.

Ника. Правда она. Сидит на скамейке и скролит ленту.

— Ты чего тут?

Она запрокидывает голову и резко поднимается на ноги.

— Как твой отец?

— Нормально, — моргаю, пытаясь ее понять. Что она тут делает? Зачем приехала? Это жалость?

— Я беспокоилась. Звонила, но ты не отвечал.

Хлопаю себя по карману. Телефон остался валяться в машине, но я и правда не слышал ее звонков. В руки его последние пару часов не брал.