Только после этого я слышу, как оглушающе стонет Саша, и чувствую, как он, продолжая вбиваться, наполняет мое влагалище семенем.

После такого финала мы долго лежим, не подавая признаков жизни. Только минут через десять начинаем шевелиться. Георгиев с судорожным вздохом покидает мое тело, скатывается на бок и притягивает меня к груди.

– Ты заметил… – шепчу задушенно, исследуя трясущимися пальцами влажные волоски на его животе. – Габи нет…

Саша замирает. А потом так бурно переводит дыхание, что меня качает на нем, как на надувном матрасе в открытом море.

– И слава Богу… Пусть больше не смеет сюда сунуться. Мое терпение закончилось.

– Посмеет, Саш, – смеюсь я. – Но больше на тебя не будет нападать. Ура!

Тяжелый вздох. И ни слова больше.

– Ты же не жалеешь, что принял нас? – дразню, заглядывая в глаза.

– Забирайся на мой член немедленно, пока я не успел очень жестко пожалеть.

– Дурачок… – выдыхаю со смехом, когда он сам меня на себя сажает. – Наглый, распущенный принц…

– И до одури в тебя влюбленный.

– Навек!

– Навек, родная. Ты такая сасная, я сейчас сдохну от взгляда на тебя.

– Ну-ка, ну-ка… – бормочу, оглаживая его торс ладонями. – Сердце бьется… – заключаю и, поднимая колени, упираюсь в матрас по бокам от Сашиных бедер пятками. Давая ему обзор на свою промежность, дразняще трогаю себя пальцами. Чувствую, как из влагалища вытекает сперма. Представляю, что он видит. – Это твоя главная цель? Моя «орхидея»?

– Соня, блядь… Не только она…

– Порно-Соня, порно-мечта… – продолжаю отрывисто, повторяя все то, что он периодически выдает. – Хочешь меня, темный принц?

– Соня… – толкает он хрипло, пытаясь скользить по мне ладонями. Я, шлепая по рукам, не позволяю. – Блядь. Ты дерзкая самка.

– Тебе под стать!

Долго держать власть у меня, естественно, не получается. В какой-то момент Саша просто опрокидывает меня на спину и наваливается сверху. Вызывая сердитое рычание, обездвиживает.

– И почему ты не была такой в самом начале, когда я в том ебаном шале признался, что хочу тебя трахнуть? Почему не дала?