- Раньше времени? Да мы уже опаздываем, - смеется Костя. – Кстати, давно пора стать полноценной семьей.

За спиной звучат шаги, отдаляются и затихают. Когда я оглядываюсь, Воскресенского уже нет. Не успеваю расстроиться, как он возвращается с какими-то документами в руках. Молча протягивает мне. И, пока я недоуменно листаю, деловито сообщает:

- Это проект брачного договора, который мы с тобой заключим, прежде чем расписаться. Ты можешь внести свои правки. Или показать его независимому юристу, если мне не доверяешь, - выплевывает с едва уловимыми нотками обиды.

- Я же не сказала тебе «да», - срывается с пересохших губ. Бумаги трясутся в подрагивающих пальцах.

- «Нет» я тоже пока не услышал. Если и прозвучит, я проигнорирую. Я не приму отказ, - напряженно чеканит Костя.

Смотрю на него исподлобья и понимаю, что он не шутит. Настроен решительно. Вздохнув, возвращаюсь к контракту.

- В случае развода все имущество К. Ю. Воскресенского… - зачитываю вслух и продолжаю про себя, округляя глаза от шока. – Что? – судорожно переворачиваю страницы. – Ты решил отдать мне все, что имеешь? – отрицательно качаю головой, не веря в происходящее.

- Как видишь. Никаких рисков, если ты согласишься на мое предложение, - смахивает испарину со лба. - В брачном договоре нельзя прописать, с кем останутся дети. Но ты и так уже законная мама лапочек, третьего ребенка сразу оформим по всем правилам. Обычно суд на стороне матери, а значит, здесь тебе тоже нечего опасаться.

- Не боишься, что я воспользуюсь твоей добротой? – лепечу, погружаясь в состояние шока. – Ты ненормальный…

- Я доверяю тебе, Вера. А боюсь только одного – потерять семью. Без тебя не получится ее построить.

Встречаемся взглядами – и по его темным, бушующим омутам я понимаю, что это испытание. Для нас обоих. Испытание любви, испытание веры. Я должна принять правильное решение. Сейчас или никогда. Костя не просто сделал шаг мне навстречу – он перепрыгнул пропасть из сомнений и страхов, что все это время была между нами. Теперь мы вместе, на одной стороне. Главное, не выкопать новый ров, еще глубже предыдущего.

- Ма-почка, добр-лое утро, - забавно зовут нас обоих лапочки и босыми ногами шлепают по полу, влетая на кухню.

Маша держит подмышкой куклу, а Ксюша волочит за ухо большого зайца.

- Тапочки, - машинально напоминаю им, они мило хихикают в ответ, неловкими движениями смахивая с лица растрепанные кудри.

Вот оно – счастье. Вокруг меня. Стоит лишь протянуть руки, которые заняты бездушным брачным договором.

Резким движением достаю листы из папки и рву из ровно пополам. Складываю в две стопочки, приседаю напротив дочек и протягиваю им. Костя замирает, ничего не говорит от шока, молча наблюдает за мной и изредка покашливает.