– Кто звонил? – бодро спросил Славик.
– Кто звонил? – бодро спросил Славик.
– Теперь уже неважно, – ровно ответила Саша и нахмурилась, наблюдая за прилипшим к стеклу снегом, который кинула им в окно полчаса назад проходящая мимо компания.
– Теперь уже неважно, – ровно ответила Саша и нахмурилась, наблюдая за прилипшим к стеклу снегом, который кинула им в окно полчаса назад проходящая мимо компания.
Искушение перезвонить по определившемуся номеру было велико.
Искушение перезвонить по определившемуся номеру было велико.
Но она справилась и с этим.
Но она справилась и с этим.
Боже, как же она ненавидела Новый год.
Боже, как же она ненавидела Новый год.
* * *
В номере была прекрасная шумоизоляция, но эта гробовая тишина раздражала Роберта, именно поэтому, несмотря на морозный воздух, просачивающийся с улицы, он приоткрыл окно. Шум, долетающий с Елисейских полей, несколько снимал его напряжение; бурлящая рождественская и предновогодняя столица не могла не восхищать.
В номере была прекрасная шумоизоляция, но эта гробовая тишина раздражала Роберта, именно поэтому, несмотря на морозный воздух, просачивающийся с улицы, он приоткрыл окно. Шум, долетающий с Елисейских полей, несколько снимал его напряжение; бурлящая рождественская и предновогодняя столица не могла не восхищать.
Но она совершенно не трогала Роберта.
Но она совершенно не трогала Роберта.
Он ненавидел Новый год.
Он ненавидел Новый год.
Этот праздник всегда ассоциировался у него с семьёй, которой у него теперь не было.
Этот праздник всегда ассоциировался у него с семьёй, которой у него теперь не было.
Алекс…