Светлый фон
Алекс…

Он не мог не думать о ней. На самом деле, теперь он думал о ней постоянно. И ему казалось, что в один прекрасный день он сойдёт с ума.

Он не мог не думать о ней. На самом деле, теперь он думал о ней постоянно. И ему казалось, что в один прекрасный день он сойдёт с ума.

Роберт помнил каждую проведённую с ней минуту так отчётливо, как будто это было вчера, а не случилось когда-то. Сложись всё иначе, он привёз бы сюда Алекс. Он мечтал показать ей Париж. Они бы гуляли по старинным набережным Сены, любовались панорамой города со смотровой площадки Эйфелевой башни, ужинали в маленьких семейных ресторанчиках, а ночью занимались любовью на широкой кровати в номере какого-нибудь небольшого отеля, затерянного на тесной улочке старинного центра города.

Роберт помнил каждую проведённую с ней минуту так отчётливо, как будто это было вчера, а не случилось когда-то. Сложись всё иначе, он привёз бы сюда Алекс. Он мечтал показать ей Париж. Они бы гуляли по старинным набережным Сены, любовались панорамой города со смотровой площадки Эйфелевой башни, ужинали в маленьких семейных ресторанчиках, а ночью занимались любовью на широкой кровати в номере какого-нибудь небольшого отеля, затерянного на тесной улочке старинного центра города.

Он мечтал привезти в Париж Алекс, а вместо этого привёз сюда Алину.

Он мечтал привезти в Париж Алекс, а вместо этого привёз сюда Алину.

И был вынужден поселиться в «Бальзаке» – шикарном, помпезном, но раздражающем его отеле. Был вынужден тратить время на нескончаемые походы по бутикам, просиживать часы в ночных клубах, смотреть какие-то нелепые шоу в местных кабаре.

И был вынужден поселиться в «Бальзаке» – шикарном, помпезном, но раздражающем его отеле. Был вынужден тратить время на нескончаемые походы по бутикам, просиживать часы в ночных клубах, смотреть какие-то нелепые шоу в местных кабаре.

Это всё так раздражало его, но если бы вместо Алины рядом с ним была Алекс, это не раздражало бы его вовсе.

Это всё так раздражало его, но если бы вместо Алины рядом с ним была Алекс, это не раздражало бы его вовсе.

Алина… и зачем он поддался её уговорам провести праздники в Париже? Он не стал делать секрета, что его совершенно не радует предстоящая поездка, но Алина была в таком восторге и предвкушении, что лишь смущённо улыбалась на его недовольство. И вот он здесь. Хотя сам предпочёл бы остаться дома, принять таблетку снотворного и, зарывшись с головой в одеяла, уснуть, чтобы видеть сны об Алекс. Последнее время все его немногочисленные сны были о ней, и ему казалось, что он обречен видеть их до конца своей жизни.