От этого взгляда непроизвольно сжимаю ноги, ещё отчётливее ощущая мокрую прохладную ткань, прилипающую к промежности и доставляющую ощутимый дискомфорт.

— Вот оно как, неожиданное признание, — тянет задумчиво, продолжая сканировать взглядом мокрый кусок надетой на мне футболки.

— Не поняла? — переспрашиваю рассеянно, пытаясь абстрагироваться от мучающих меня ощущений в стратегически важном месте. — Что в этом неожиданного? По моему вполне закономерный исход твоих действий.

— Ну, в общем-то да, — усмехнувшись, опускает голову и чешет рукой затылок. — Исход закономерный.

То ли я чего-то не понимаю, то ли Горский надо мной сейчас ржёт.

Зачем-то заново прокручиваю у себя в голове диалог о мокрых трусах, и тут до меня наконец доходит…

— Я не это имела в виду! — моментально краснею до самой шеи. — В смысле, они мокрые, потому что ты меня поливал из душа, а не потому…

— А не почему?

— Не почему! Хватит! Всё ты понял! В общем, у меня мокрые трусы, и я не могу в них спать.

— Ну так я тебе уже подсказал решение. Нет трусов — нет проблемы, — Горский усмехается, откровенно забавляясь моей реакцией.

— Я не буду снимать при тебе трусы, — выдавливаю, начиная медленно закипать. — А в мокрых спать вредно. И они на мне за ночь не высохнут! Их нужно повесить на батарею! Так что иди поспи внизу. Тем более, что это из-за тебя я в такой ситуации оказалась!

— Приятно знать, что я являюсь причиной влаги в твоих трусах, Лизочек, — усмехается Горский. Но продолжить фразу не успевает, потому что в его кармане снова начинает вибрировать мобильный.

— Только не говори, что это опять твоя мама… — произношу настороженно.

Вообще, Анна Михайловна мне нравится. Она добродушная, открытая и бесхитростная. Да и меня в качестве невесты своего сына приняла сразу, не смотря на огромную социальную пропасть между нами. Но, честно, я немного побаиваюсь идей, которые назревают в её голове…

Хотя, судя по короткому сигналу, это сообщение, а не звонок…

Вместо ответа Горский достаёт телефон из кармана и быстро пробегается взглядом по экрану.

— Выдыхай, Лизок. Это не по твою душу, — проговаривает, попутно строча ответное смс, после чего убирает телефон в карман. — Так, Елизавета Алексеевна, планы меняются. Мне нужно уехать. Так что можешь спокойно сушить свои трусы и ложиться спать в моей кровати.

— В смысле отъехать?! — растерянно смотрю на Горского, который, подхватив ключи от машины, направляется к лестнице. — На работу?

— Нет, Лизочек, не на работу.

— А куда? — задаю вопрос раньше, чем успеваю подумать о том, что он по меньшей мере бестактный с моей стороны.