И я чувствую себя из-за этого максимально погано. Потому что не могу выкинуть всё это дерьмо из своей головы, потому что я как самая последняя наивная дура в какой-то момент начала думать, что Горский действительно что-то ко мне испытывает, а в итоге оказалась наивной идиоткой.

И если уж говорить о недомолвках, то это больше по его части, а не по моей, но я скорее откушу себе язык, чем скажу это вслух!

— Мам, ну что за мхатовская пауза? — прихожу в себя, когда понимаю, что Анна Михайловна подозрительно долго молчит, рассматривая новые карты, которые вытащила из колоды. — Ты нас всех заинтриговала, молодец. Давай, расшифровывай карты, а то так до утра просидеть можно.

— Слушайте, ну вот тут лабуда какая-то, — вздыхает, прижимая пальцы к вискам. — Ничего не понимаю… Все карты такие хорошие выпадали, а вот эта одна всю картину портит, — вытаскивает одну карту из расклада и откидывает в сторону.

А я зачем-то её подхватываю и опускаю взгляд на картинку с которой на меня смотрит какой-то страшный чёрт.

Почему-то тут же становится не по себе. Хотя я никогда в подобную чушь не верила. Да и вообще далека от всего мистического. Но чёрт этот какой-то… неприятный. И взгляд у него такой… Как будто живой…

Словно он с этой картинки прямо мне в глаза заглядывает, от чего позвоночнику моментально прокатывает неприятный холодок.

— В общем, я думаю, что эту карту можно не расшифровывать. Она наверняка сюда случайно попала.

— Нет, Анна Михайловна, скажите. Мне интересно, — проговариваю, не отрывая взгляд от ужасающей картинки.

— Ну… она означает боль, предательство, измену, потери. В общем, что в твоём ближнем окружении есть человек, который принесёт тебе какую-то очень сильную боль. Либо уже принёс её в прошлом… Но это глупость, я же говорю. — тут же спохватывается.

Правда мне почему-то всё равно становится не по себе. О ком она говорит? Кто этот человек, который принесёт мне сильную боль? Горский?

Да больше и некому! И боль мне эту он принесёт, когда будучи в фиктивном браке со мной, будет продолжать проводить ночи у своей бывшей невесты. А каждый раз приходя домой от него будет пахнуть тошнотворным апельсиновым гелем для душа!

От одной этой мысли меня моментально начинает мутить, а на душе становится настолько погано от ожидающих меня перспектив, что хочется позорно разреветься. А ещё дать Горскому по морде. Только я прекрасно понимаю, что не имею на это право!

Я, чёрт возьми, ни на что не имею право, потому что я никто! Потому что я фиктивная! Ненастоящая! Мне платят деньги — я выполняю работу. И даже отказаться от неё не могу, потому что должна поднять на ноги Машу даже ценой своего разбитого сердца!