– Иначе ты снова подожжешь мои брови?

– Ты спалил ему брови? – прошептала я.

– Случайно. – Рот Ашера вновь изогнулся. На этот раз улыбка не сходила с лица. – Тогда мы только овладели огнем и учились им пользоваться.

Тобиас остановился прямо перед нами и усмехнулся, обнажив белоснежные зубы, от которых у маркетологов зубной пасты потекли бы слюнки.

– У меня не было бровей целых три месяца.

Мне не удалось сдержать смех, но он оборвался, когда я заметила, что темно-коричневые крылья Тобиаса имеют золотистые кончики. Я никогда не видела истинного среди офанимов. Даже не слышала о таких.

– Вы истинный, – произнесла я с легким придыханием.

Улыбка Тобиаса смягчилась.

– Я ангел, Селеста. Как и ты. Как и он. – Тобиас выпятил свой квадратный подбородок в сторону Ашера, который превосходил его на несколько дюймов… который превосходил большинство людей на много дюймов. – Рад наконец-то познакомиться с тобой. И если вы не слишком спешите, я с радостью угощу вас чаем и пирожными в столовой. У нас лучший sachertorte[12] во всей Австрии, его пекут здесь же, используя джем из абрикосов Элизиума и собранные на земле какао-бобы. Лучшее из обоих миров.

Мой желудок, который я еще не успела накормить, издал нетерпеливое урчание.

– Приму это за согласие. – Ухмылка Тобиаса стала шире, и он протянул руку.

Ашер отпустил мою ладонь.

– Иди с Тобиасом. Я положу твои вещи в кабинете и загляну в Зал Оценки, чтобы подыскать тебе интересного грешника.

– У нас в городе таких много, – сказал Тобиас, ведя меня по коридору.

Я оглянулась через плечо на Ашера, который стоял и наблюдал, как мы удаляемся, мышцы в его руках и плечах наконец-то немного расслабились.

Тобиас похлопал меня по руке.

– Он присоединится к нам через минуту, Селеста.

Я не волновалась о том, что останусь без него, просто беспокоилась о нем, но держала это при себе, не желая обременять Тобиаса.

– Так вы двое выросли вместе?