– О, какая девушка! «Ну, заходите, пожалуйста. Что на пороге стоять?»[9] – продекламировал рябой парень, кажется, автор песен, внезапно возникший в коридоре.

– Кэт… – Ян хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.

– Приму это за согласие, – прощебетала Кэт и скрылась в комнате, в которой когда-то жила. Мелькнули колесики чемодана, дверь захлопнулась.

* * *

Катя стояла в темноте перед черной дверью и давила-давила на звонок. Никто не открывал.

Прошло больше четырех лет с тех пор, как она впервые стояла у этой двери и вот так же терзала звонок. Но тогда в тамбуре хотя бы горел свет, а за дверью была тишина. Теперь же музыка орала так, что вибрировала ладонь, приложенная к двери. Неудивительно, что звонка не слышали.

Вдруг дверь открылась, и в полумраке коридора явился Ян.

Казалось, он увидел призрак. Возможно, в каком-то смысле так оно и было.

Опираясь о дверной косяк, Ян стоял, пошатываясь, и все смотрел на нее ошарашенными глазами. Катя отвечала ему не менее удивленным взглядом: Ян постригся. Нестерпимо захотелось протянуть руку и потрогать короткие, чуть взлохмаченные волосы. Ему шла новая прическа, но Кате было до боли жаль его рыжей косички.

Изменился не только Ян, но и его квартира. В коридоре вместо дырявого линолеума лежала плитка, словно обтянутая кожей. Вместо голой электрической лампочки светил дизайнерский фонарь. Исчез ветхий шкаф, куртки висели на кованых крючках.

На искусственно состаренной тумбочке среди чужих мелочей, перчаток и мобильных телефонов стояла фотография Маши. Ян перетаскивал ее образ за собой из одной жизни в другую. Фотографии Кати там не было.

– Можно вернуться в свою комнату? – выпалила Катя, чтобы побыстрее пережить самую сложную часть этой встречи – ожидание согласия Яна. Согласия, которого могло и не последовать.

Либо из-за музыки он плохо расслышал вопрос, либо изумился ее наглости, либо не понял, о чем она говорит, но, к счастью, Кате не пришлось с этим разбираться. В коридоре материализовался ее ангел-хранитель в образе веснушчатого парня, который предложил войти.

Ян прохрипел ее имя. Катя не стала дожидаться окончания фразы: проскользнула в «свою» комнату и закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной. Выдохнула.

Темнота скрывала детали, но даже в неверном свете луны было понятно, что это уже не ее комната. Скорее мини-студия пополам с кабинетом. Пюпитр, широкий стол с разбросанными по нему нотными листами. Звуковая установка. Оставалось надеяться, что крохотный диван раскладывался.

– Ян, все в порядке? – голос за стеной перекрикивал музыку.