— Мне одолжила подруга. Хотя ощущаю себя не в своей тарелке.

— Что-что, я тебя прекрасно понимаю. Первое время чудиться, что за твоей спиной шепчутся, потом стадия отрицания и, наконец, полного понимания всех фен-шуй этих мерзких банкетов. — Отмахивается и выбирается из объятий мужа. Затем хватает Катю под ручку и начинает уводить подальше от мужчин, чьи уши вряд ли должны услышать женские сплетни. Слава богу, нам мужчинам претит вся суматоха с собранием каких-нибудь историй. — Расскажи мне про себя. Ты, правда, мне нравишься, поэтому интересно о тебе что-то узнать…

Панический SOS читается в голубых глазах брюнетки, когда она поворачивается, взмахивая волосами. Я ей с деликатным заигрыванием машу и усмехаюсь про себя.

— Когда Астрид стала такой болтушкой? — Закидываю в рот тарталетку и тщательно прожевываю. Мой босс следует примеру, чтобы компенсировать наличие алкоголя в пустом желудке. Ему еще предстоит переговорить с каждым присутствующим должностным лицом. Тут даже был сам полковник из полиции с супругой, чем немного привело в негодование.

— Когда забеременела Вадиком.

— У вас сын? — Приподнял брови. — Поздравляю, дружище! Я и сам бы хотел парня в семье, но как видишь, дочка стала драгоценной и ближе сердцу.

— Спасибо, Сема. — Восторженная улыбка растянула каждую мимическую мышцу на его лице. И глаза перестали напоминать бездну страха. — Планируете ли с Женей еще детей?

Я втянул щеки, не очень приветствуя тему разговора. За последние недели наши отношения с женой стали менее походить на супружеские. Буду честным, они никогда не были честными, как подобает двум людям, что готовы жить вместе. Но разница была — теперь наше общение ограничивалось «Здравствуй. Иди сюда. Пошел нахер. До свидание». Каждый жил отдельно друг от друга, лишь видимость целостности семьи показывали Варьке, которая мало что понимала в наших разборках. Вряд ли два человека, изменившие друг другу смогут ужиться вместе. Все логично, но Женя отвергает попытки поговорить о разводе. Меня это порядком достало.

— Нет. Мы планируем разводиться.

Решил за двоих. Да ты чертов рассудитель, Сема.

— Во те на! — Он чешет задумчиво подбородок, заросший щетиной, и сетует: — Я тебя давно знаю, Лазарев. Ты хороший специалист, организованный сотрудник, умеющий по полочкам рассортировать любую мелочь. Но в отношениях… Ты провалил экзамен!

Нахмурился. Лоб стал до тупой боли напряженным.

— Я не могу говорить, что достаточно понимаю суть вашей жизни с супругой, но одно мне было всегда видно — ты никогда ее не любил. Что же тебя удерживало рядом с ней, остается не так-то трудно догадаться — твоя дочь.