…По спине прошла ледяная лавина. В ушах зазвенело, тело перетряхнуло. Джеки впилась ногтями в ладони.

Что?

Что он сказал?!

— Люк! Люк! — из толпы вдруг прозвучал женский вопль. — У меня тоже есть веснушки! Хочешь посмотреть?

По залу прокатился низкий, утробный смешок. Упал вниз живота и поджёг бабочкам крылья.

— Хорошая попытка, но не хочу. — Люк опустил голову и переключил ногой кнопки на гитарном процессоре. — Таких веснушек больше ни у кого нет, — бросил в микрофон и пристроил руки на гитаре.

Мир вокруг померк. Боковое зрение ещё кое-как уловило, что Тесса вскочила с коленей Уинстона и повисла на столешнице, но картинка смазалась. Остались только длинная худощавая фигура на сцене и звон в ушах. Это же совпадение? Или какая-то ошибка? А может, очень злая шутка?

Но вот по залу поплыли первые аккорды, началось минорное вступление. Публика затихла и затаила дыхание.

— Это же твоя футболка, да? — шипящий голос Тессы пробился сквозь вату. — У тебя была такая же панда. Ты в ней раньше спала и мыла полы.

Джеки снова вздрогнула. Рука как-то сама собой поднялась, и пальцы прошли по губам. Ведь футболка сразу показалась знакомой. Ведь показалась же… Девицы за соседним столом снова синхронно повернулись и округлили глаза. И тут закончилось вступление. Глубокий баритон медленно, тягуче прокатился по залу:

— «Вопросы без ответов. Удар по тормозам. «Не трогай меня больше», — сказали её глаза…»

Хриплые ноты пробили солнечное сплетение. На всё стало плевать. Джеки зажала рот ладонью и не моргая уставилась на Люка. Его волосы опять завесили лицо, но слова куплета о боли и расставании, как края бумаги, прошлись по самому сердцу и оставили на нём царапины. Красивые слова. Тяжелые, но красивые.

И это не может быть правдой. Просто не может. Джеки беспомощно нашла взглядом Тессу. Та тоже зажала рот рукой, в глазах блеснули слёзы. Двум людям показалось одно и то же? Это ведь галлюцинации?

Куплет закончился, и гитара зазвучала жестче и агрессивнее. Голос хрипло взмыл из нижних октав и отбился от стен.

— «Мы с ней будто Джо и Лори были рядом всю жизнь. Но теперь её огонь поджигает угли моей души…»

Воздух окончательно закончился в лёгких. Джеки жадно, судорожно вдохнула.

— «Она ведьма: задыхаюсь, растворяюсь рядом с ней. Но ей не стать моей. — Люк прихлопнул струны, и на мгновение наступила пауза. — Не стать моей…» — глухо повторил он и отступил от микрофона.