Она, не стала упираться. Как тряпичная кукла, послушно потопала рядом. Он нырнул за высокую тумбу с колонками, шагнул дальше в карман. Народ позади разочарованно загудел.

Но звон в мозгу всё еще не рассеялся.

Люк бегом спустился по ступенькам, всё еще не выпуская маленький локоть, и рванул в примыкающий служебный коридор. В глазах потемнело. После яркого света сцены потребовалась несколько секунд, чтобы привыкнуть к обычной потолочной лампе. Там, со стороны зала заиграла клубная музыка, будто пытаясь стереть мимолётное замешательство. Люк распахнул ближайшую дверь и оказался в небольшой подсобке, заставленной аппаратурой.

Музыка стала тише. Он остановился возле запасных сабвуферов, выпустил локоток и круто развернулся.

Один-единственный вопрос вот уже полминуты поршнем бился в висках.

— Откуда ты здесь взялась? — Люк отступил на шаг от сжавшейся, потерянной фигурки.

Возможно, прозвучало резковато, но какого хрена происходит?!

Он же просто хотел презентовать новую песню, но чтобы это прошло мимо виновницы. Всего лишь. Он так много хотел?! А Джекс тем временем запахнула на себе косуху и пожала маленьким плечиками.

— Тесса притащила потанцевать, а мы не знали, что здесь замена. — Она опустила взгляд в пол. — Это она вытолкала меня на сцену. Она и Черчилль.

До сознания наконец дошёл весь смысл произошедшего. Весь. Долбаный. Смысл.

— Святое дерьмо. — Из горла вырвался сиплый, болезненный смешок.

Люк нервно прочесал пальцами мокрые волосы и сжал их на затылке. Запрокинул голову и посмотрел в потолок. В каморке стало тихо.

Джекс здесь. Она всё слышала. Вряд ли пришла только на последних аккордах, а значит, слышала вообще всё. Как он посвящал ей песню, не имея на то морального права. Слышала саму песню, которую хотелось как можно дольше скрывать. И теперь будет знать, какое же он жалкое, влюблённое ничтожество. А все вокруг будут знать, про кого он пел. Все их общие знакомые.

Каково ей будет жить с этим дальше? Когда все знают?..

— Ты расстроился… — вдруг раздался тихий голос. Люк вздрогнул и опустил голову. — Я говорила ей, что не нужно идти на сцену, но она же не слушает… — голос Джекс стал ещё тише. — Мы тебя подставили, да? Прости. Сама я не стала бы этого делать…

То есть она ещё и считает себя в чём-то виноватой? Люк округлил глаза.

— Ты не подставила, нет! Всё нормально, даже не думай об этом! Я сам виноват.

Но взгляд она не подняла. Так и осталась стоять, запахнув косуху и обняв себя за плечи. В каморке повисло тяжёлое молчание, Люк беспомощно посмотрел по сторонам. Ч-ч-чёрт. Нужно еще что-то сказать. Но что? Что вообще говорят в таких идиотских ситуациях? Начать оправдываться? Но как?..