Трясущимися руками я продеваю веревку через отверстие, и это удается мне только с третьей попытки. Но я это делаю. Потом завязываю узел, проверяю его на прочность, и, наконец, надеваю подвеску себе на шею.

Хочу оказаться подальше от этого места, молю про себя. Хочу к Демиду.

Ничего не происходит.

Повторяю пожелание, и… продолжаю стоять на месте.

По-видимому, я тронулась умом.

Черт, я в самом деле рассчитывала на то, что подвеска сработает на манер того медальона, что дала Мадлена?

Я серьезно так думала?

Серьезно?

Тогда могу поздравить себя с тем, что у меня едет крыша, потому что я обломалась.

Дым уже полностью заполнил комнату, а я неожиданно понимаю, что перестала кашлять. И глаза больше не слезятся. И я не чувствую одуряющего жара со стороны коридора.

Что бы это значило?

Я подхожу к двери, распахиваю ее и понимаю вдруг, что мне не жарко. Огонь словно расступается передо мной.

Ого.

Я не могу поверить.

Делаю шаг, потом еще один.

Ощущение, словно я двигаюсь в каком-то воздушном пузыре.

Недолго думая, я спускаюсь вниз, по наполовину обгоревшей и держащейся на соплях лестнице, врываюсь в бывшую столовую. Перекрытия и здесь порядком перегорели, и я едва успеваю лавировать между ними в сторону кухни.

Врываюсь в помещение, лечу вперед и вдруг натыкаюсь на лежащую без сознания девушку. Вот черт!

Не понимаю, жива ли она. Следов крови нет. Возможно, она задохнулась дымом. Просто чудо, что огонь еще до нее не добрался.

Недолго думая, я хватаю ее за плечи и начинаю тащить за собой, пыхтя от натуги.