Матушка сгребла ее в объятия. Вот оно, не нуждающееся в словах утешительное тепло. Материнское тепло. Нежное касание рукава, запах накидки – все это было знакомо Джо с первых дней.

Джо рыдала так сильно, что едва ли могла говорить:

– Я думала… думала, что никто с таким мраком внутри не имеет права…

– Любить и быть любимым? – Мама поглаживала ее вздрагивающую кудрявую голову.

Джо кивнула, зарывшись лицом в мамино плечо.

– Видишь, какой итог. Потому что ты, Джозефина Марч, самая храбрая девочка из всех, кого я знаю. И эта девочка никогда не уходит с поля боя, если он не закончен. – Мама отстранилась и приподняла подбородок Джо твердой рукой. – В тебе нет ничего маленького, Джо. И я так горжусь, что ты моя дочь.

Джо с улыбкой смотрела, как матушка достает из рукава знакомый платок с вышитыми на нем крестиком инициалами «АМ» и вытирает дочери слезы.

– Ты меня благословляешь?

– Выйти замуж? За мальчика, который стал мне родным сыном? Ты сама как думаешь?

Улыбаясь, Джо взяла у матери платок.

– Я думаю, что выгляжу хуже, чем обычно.

Мама Абба бережно положила фарфоровых кукол Бет обратно в кедровый сундук и со стуком захлопнула крышку.

– Это твоя жизнь, Джо. Пиши ее, как тебе хочется. Главное, чтобы в ней не было лжи.

Никто, или почти никто, не заметил возвращения Джо и матери к гостям. Мег с Бруком танцевали с другими парами, дедушка Лоренс расхваливал Ханну за приготовленный обед, а мистер Марч доедал кусок торта из одной тарелки с Эми, которая вымазала кончик носа в креме – одним словом, стояла настоящая идиллия.

И только Лори не принимал участие в празднике, нервно расхаживая взад-вперед.

– Ну что? – Он взволнованно переводил взгляд с мамы Аббы на Джо, когда та вновь оказалась рядом. – Все хорошо? Что-то случилось?

– Да и… да. – Джо не находила подходящих слов, но ее глаза сияли любовью, и прежде чем она успела снова раскрыть рот, чтобы попытаться сформулировать мысль, он ее прервал:

– Подожди! – Лори сунул руку в карман пиджака и извлек оттуда что-то миниатюрное и легкое. Он открыл коробочку и положил ее на ладонь девушки: внутри лежало кольцо с сапфирами и бриллиантами.

– Что это? – спросила Джо, вытаращив глаза.

– Оно принадлежало моей маме, – ответил Лори, откашлявшись. – И не переживай, я не дарил его Хэрриет. Она настояла на покупке кольца у модного ювелира в Нью-Йорка. Сама выбрала его в «Тиффани» и вернет обратно в магазин.