– Да, причем с несколькими.

– Им понравилось, они тебе сказали?

– А почему им не должно было понравиться? – самодовольно фыркнул он.

Мы пошли по коридору. Все наши комнаты находились по одну его сторону, одна рядом с другой. Здесь же размещались комнаты Мелани, Ригана и одна гостевая, в которой обычно спал Оуэн, когда гостил у нас.

– В том-то и дело, – сказал я очень уверенно. – Удовольствие должно быть обоюдным.

Оуэн снова рассмеялся.

– Ты сейчас говоришь романтичные банальности, прямо как Адрик. Лучше думай о том, как разложишь ее, как она будет стонать, как сделает тебе минет.

У меня не было в этом никакого опыта. Я чувствовал себя глупым, маленьким и недоразвитым. Да, я был выше всех в классе и уже накачал кое-какие мускулы, но еще не прекратил расти и по-прежнему был тощим, да и Эган то и дело уверял, что мне надо «еще подрасти». Это меня удручало, потому что даже Адрик в свои пятнадцать лет выглядел на все семнадцать.

– А ты сейчас говоришь, как Эган, – фыркнул я.

Мы вошли в комнату моего старшего брата. Она была большая, с огромным окном в глубине. В ней царили идеальный порядок и атмосфера зрелости и упорядоченности. Там стоял огромный шкаф с коллекцией обуви, столь же огромной, как его самомнение.

Я достал ключ из-под кресла, гневно стиснув губы. Оуэн понял, в чем дело, и стоически вздохнул, улыбнувшись мне по-братски.

– Уймись пока, ладно? Когда ты этим займешься, все пойдет как по маслу, и вы оба сами поймете, что и как делать. Она тебе скажет, где ее надо трогать, а ты ей скажешь, где трогать тебя, и все будет класс… – Последнее слово он протянул на манер хиппи; подобных словечек он понабрался на пляже. – Понимаешь? Будешь слишком много думать – мозги вывихнешь.

Я коснулся рукой затылка и кивнул. Вскоре моя злость утихла.

– Пожалуй, ты прав.

– И тебе не стоит заниматься этим сейчас, – добавил он, смешно закатив глаза. – Ты не сможешь получить удовольствие, как положено, уж поверь. Тебе еще нужно… подрасти.

Оуэн произнес это с такой естественностью, что я понял: он беспокоится обо мне. Я слышал, как мои братья говорили, будто бы секс – это большая нервотрепка, но Оуэн меня успокоил.

– Ты у нас просто эксперт, – улыбнулся я.

Оуэн открыл один ящик, чтобы достать фонарики, которые Эган держал там, потому что в последний раз мы ими пользовались, когда не так давно обыскивали домик Хенрика, но ничего не нашли. Он протянул мне один фонарик, а второй оставил себе. Мы вышли из комнаты и снова направились к лестнице.

– Эх, Алекс! – вдруг шепотом добавил Оуэн, остановившись посреди коридора. – Такое иногда может случиться с совсем неожиданным человеком. Не противься этому. Только нужно быть уверенным, чтобы это был, скажем так, кто-то особенный и у тебя остались хорошие воспоминания.