Возможно, именно это и возбудило у Хенрика интерес к ней. Мелани была прирожденной манипуляторшей, к тому же полусумасшедшей, но я уверен, что сознательно она его не провоцировала. Все произошло спонтанно. Просто он влюбился в нее, но это не было обычной влюбленностью, потому что парень следил за ней и воровал ее нижнее белье. Потом я узнал, что он пытался склонить ее к связи, но ей был нужен лишь Риган, и Хенрику она всегда отказывала.

Эти отказы приводили Хенрика в отчаяние и ярость. Он пытался завоевать Мелани любыми способами: тратил свое жалованье на какие-то дурацкие подарки, обещал ей то, чего не мог выполнить, уверял, что может защитить от кого угодно, и прочие подобные глупости. Однако ничего не помогло. Мелани так надоели его приставания, что она стала всячески его избегать.

Вот почему в вечер своей смерти Хенрик оказался в комнате, куда не смел войти и где не имел права находиться, но я подозревал, что он пришел, чтобы снова попытаться склонить ее к близости. Конечно, войдя в комнату, он не ожидал увидеть то, что увидел. Открыв дверь, он обнаружил в постели Ригана и Мелани. Картина более чем понятная: Мелани была в нижнем белье, а Риган лежал на ней сверху. Хенрику было нетрудно свести концы с концами. С отношениями этих двоих все стало ясно.

На записи с камеры даже слышно, как Хенрик спрашивает у Мелани:

– Так вот почему ты не хочешь быть со мной?

Она ответила, что это не его дело и пусть он убирается, и тогда Хенрик озверел от ревности.

Должно быть, он выплеснул весь гнев, копившийся у него в душе на протяжении долгих месяцев, всю свою неутоленную страсть, которой всегда был втайне одержим. Так или иначе он не пожелал уйти и, обезумев от ревности, попытался ударить Ригана.

Риган, конечно, оказался проворнее. Он умел драться, поскольку все мы, Кэши, умеем защитить себя, но действовал гораздо умнее, чем мы четверо. Он знал, что драться с Хенриком – значит потерять время, которое может сыграть против него. Для него было главным сохранить в тайне отношения с Мелани: как-никак он был любимым сыном нашего отца, и если бы Хенрик проговорился, мог бы нарваться на неприятности.

И он решил просто выпрыгнуть в окно.

Мелани тоже поняла, какую опасность представляет для нее Хенрик, узнавший об их отношениях с Риганом. Она пыталась его успокоить, чтобы он никому не рассказал, уверяла, что может иногда спать и с ним, но Хенрик был слишком возбужден, охвачен ревностью и ничего не слышал от гнева. Короче, они поругались. Он кричал. Мелани попыталась его успокоить, потому что в таком состоянии он не мог здраво рассуждать, однако ничто не помогло. Хенрик набросился на нее и повалил на кровать, продолжая орать благим матом. Дело принимало серьезный оборот. Не знаю, собирался ли Хенрик переступить черту: слишком уж яростно они боролись, но я уверен, что Мелани пыталась уговорить его сохранить все в тайне, даже ценой лжи.