Надо мной склонилось чье-то лицо. Я попыталась разглядеть детали: светлая кожа, знакомые черты… Я его знаю? Да, похоже, знаю. Эти черные волосы… Черные… А глаза – серые?

– Ты хорошо меня видишь? – спросил он шепотом.

Я снова с силой зажмурилась, помотав головой из стороны в сторону. Где я, черт побери? Что это за звук? Похоже на свист – такой прерывистый. После минутных раздумий в голову пришло лишь одно слово: «больница».

– Ты точно пришла в себя? – спросила плавающая надо мной голова. – Сколько пальцев видишь?

Появилось несколько пальцев. Я их сосчитала.

– Три, – еле выговорила вязким и слабым голосом.

– Молодец, – сказал он. – А теперь можешь встать?

– Почему ты шепчешь? – спросила я.

Это было единственное, что я хотела знать в первую очередь.

– Потому что нас не должны слышать, – пояснил он. – Так что не говори так громко.

Но почему нас не должны слышать? И кто может нас услышать?

– Что случилось? – спросила я.

– Ты знаешь, кто я? – спросил он. – Я знаю, ты сильно ударилась головой, поэтому мы должны убедиться, прежде чем…

Мне снова пришлось приложить усилия, чтобы определить, кто передо мной. Я знала этот голос, знала этого человека, но в голове все перепуталось…

– Прежде чем что? – пыталась я понять.

Я в последний раз моргнула. Плавающая голова обрела наконец тело. Серые глаза казались металлическими. Черты лица были мягкими и приятными. Черные волосы тщательно уложены…

Мозг направил информацию к моим пересохшим губам.

– Александр, – сказала я.

Он улыбнулся – широко и радостно, как ребенок.

– Ну, я так и знал, что им с тобой не справиться, – с воодушевлением произнес он.