В зале, чем-то напоминающем конференц-зал с низким потолком, стояло двадцать столов. Здесь густым дымом витали цвета и эмоции других игроков. Мне пришлось пробиваться сквозь эту какофонию, чтобы сосредоточиться на противниках и прочитать их, рассмотреть то, что мог увидеть любой игрок. Провидение здесь было бесполезно. Я играл наравне с остальными за исключением того, что мои глаза были частично ослеплены цветом и светом, а в ушах раздавался шепот.

Через три часа я промокнул нос салфеткой. На ней оказалась кровь.

«Я этого не переживу».

Мне потребовалось взять себя в руки, чтобы сосредоточиться на картах, общих и противников. Очевидно, я выглядел как сумасшедший. Часть игроков вылетела, столы переформировывались, а оставшихся перетасовали за новый стол. Новые противники хихикали над изворотливым ублюдком, у которого выступил пот на лбу. Но они перестали смеяться, когда я обыграл их.

«Ради Фионы. Победи ради нее».

Спустя, кажется, вечность я рассеянно посмотрел на фишки на столе. Двадцать два игрока вылетели, оставив свои. Покосившись на собственную стопку, я сделал быстрый подсчет. Прикинул, что я примерно шестнадцатый человек, у которого большая стопка. Пятнадцать лучших игроков забрали деньги и ушли. Заняв шестнадцатое место, я получил бы десять тысяч долларов. Этого было мало. Финиш в первой пятерке – вот где настоящие деньги, но, черт возьми, это походило на восхождение на гору голышом или заплыв в океане, не поднимаясь на поверхность.

Я сморгнул застилающий глаза пот, вытер нос и притворился, что красный цвет меня не пугает.

День тянулся медленно. Час за часом, по мере того, как казино заполнялось ночными игроками, провидение становилось все более безжалостным. Я едва держался на ногах. Наконец менеджер похлопал меня по плечу, сказав, что комната снова переформировывается. За финальный стол я сел рядом с восемью другими игроками.

После перестановки столов вышло так, что зрители окружили нас, топя меня своими эмоциями. Чудилось, будто я рыба, а вода, в которой я плаваю, становится все темнее. Нервы и страх противников сжали меня в тиски так, что я едва мог дышать.

Вытирая нос, я обдумывал варианты. Если займу седьмое место, то уйду с двадцатью пятью тысячами долларов. Но если получится нокаутировать еще одного парня, то выигрыш составит тридцать тысяч долларов. Получив такие деньги, я смог бы вернуться в Джорджию, к Фионе.

«Если я сам не пойду ко дну…»

Мы сыграли несколько партий, и я ознакомился с особенностью моих товарищей по столу. Большинство из них являлись закоренелыми игроками. Они не раз сидели за профессиональным столом. Я был единственным новичком, но у всех имелись свои секреты. Даже без провидения я замечал, как у кого-то дергалась щека или чью-то ухмылку.