быстрее застучало.

Он что-то сказал Баринову, а затем направился ко мне, но я в свою очередь уже

несла ноги к раздевалке, а когда буквально в нее влетела, то незамедлительно

закрыла на замок.

Только я кинула свой рюкзак на скамейку, как в дверь начали ломится, а после и

стучать.

Гул-гул-гул! отзывалось эхом в раздевалке, а я между тем притаилась, старательно

изображая Невидимку.

— Марголис, — прорычал Даниил. — Мы, кажется, это уже проходили! Не смешно!

Я молчала, потому что знала, что веду себя, как ребенок. Однако, все и так было

непонятно, а теперь стало еще более запутанным.

— Ты собираешься молчать?

Снова тишина…

— Это бойкот? — крайне недовольным и мрачным тоном выплюнул блондин по ту

сторону двери.

Я была сучкой, но не настолько, чтобы позволить парню, что вчера, вроде как

заботился обо мне, думать что он в чем-то виновен.

— Нет, — вырвался писк из моего рта.

— Тогда что?

Мне ужасно не хотелось говорить вслух все, что было у меня на уме. Но так или