— Что у вас снова случилось? Зачем кричать? Пожалейте соседей, еще ранее время. Милана, ты можешь прислушаться к словам отца и попытаться понять его?

Я шокированная от слов мамы, чуть ли не падаю в обморок. Она защищает отца, так как боится его. «Что за цирк они устроили мне?».

— Так, значит, ты на его стороне?

— Я ни на чьей стороне. Я желаю счастливых и спокойных семейных отношений без скандалов, которые, в последнее время, частенько повторяются.

— Вы, двое, — мой голос заглушают мои же рыдания, — неужели не замечаете совершаемых вами ошибок в отношении своего ребенка?

— Это ты совершаешь ошибки, унижаешь нашу любовь и заботу в отношении тебя, — отрезает папа, пребывая в эмоциональном состоянии, которое отличает раздражение, гнев и злость.

— Так, отбой! Предлагаю нам куда-нибудь съездить, чтобы всем успокоиться и поговорить в спокойном тоне, поедем на водопад Сноквалми? — стараясь примирить нас с папой, предлагает мама. Она испугана, ее руки окутывает дрожь, с глаз стекают слезы. Все это время мама держится за руку папы.

Я бросаю взгляд на часы, подаренные Питером. Я опоздала. Время, к которому я должна была прийти, прошло.

— Я не смогу, мне нужно срочно идти!

— Без отказов, дочь! — строго произносит мама, обнимая папу, давая ему понять, что она на его стороне.

— Мам, Ритчелл попросила меня …

— Ритчелл, Джексон, Питер, я только это и слышу. Выдели время для своей семьи.

— Мам! — кричу я, задыхаясь от слез, которые льются, как из ведра.

Неужели я сегодня не имею возможности делать то, что делает меня счастливой по-настоящему, только из-за прихоти папы и мамы. В этот момент между мной и моими родителями выросла огромная пропасть, которую я не знаю, как предотвратить. Я направляюсь в свою комнату, хлопаю ее, закрываюсь и начинаю думать, как мне быть дальше. Я не желаю с ними находиться в одной квартире и жить, так как нахожу непонимание друг друга.

«Я должна присутствовать на дефиле независимо от внешних обстоятельств», — вторит мне мой внутренний голос. Но как мне там оказаться? Посмотрев на окно, я понимаю, что, вероятно, это единственный выход. Когда-то я перелезала через это окно, чтобы отправиться ночью на пикник с Джексоном, но сейчас Джексона нет и поддержать меня при прыжке некому. «Но, чтобы на моем месте делал дедушка? Быть может, не сдавался бы?». Решено: иду на риск! Учитывая, что тут не больше двух метров, я аккуратно цепляюсь за лестницу, стоящую рядом с деревом, и с прыжком приземляюсь на землю.

Почти бегом иду через другой выход на мероприятие, отправляя Ритчелл сообщение о небольшом опоздании, хоть для меня это несвойственно. Мне неважно, что подумают обо мне родители. Это жизнь — моя, только я являюсь ее руководителем.