Я сижу ошарашенная тем, что Джексон ей все рассказал.

— Так вы все знаете?

— Да, и я понимаю, насколько тебе было больно. Но мы обязательно накажем тех, кто сделал это с вами.

— Мария, пожалуйста, можете не говорить об этом родителям. Они будут так переживать…

— Да, хорошо. Я тоже прошла через это. И знаю, что такое насилие, и что ты в тот момент чувствовала.

Я вижу в ее глазах искренность. И мне тепло от ее слов, что она понимает меня.

— Как вы смогли пережить это?

— Знаешь, детка, я просто не стала придавать этому особое значение. Но это событие крутится в сознание, как внезапные порывы ветра.

Мария увидев, что по моим щекам текут слезы, начинает обнимать меня.

— Не плач, Милана. Я верю, что ты справишься.

— Спасибо вам.

— И спасибо тебе, что заботишься о Питере.

— За это не нужно благодарить меня. Для меня Питер очень важен, и я сделаю все, чтобы к нему вернулась память.

— Я рада, что ты — девушка Джексона. Ему очень повезло с тобой. Ты очень искренний и душевный человек.

— Кстати о Джексоне. Я не могу ему дозвониться. Где он сейчас, не знаете?

— Думаю, что ещё пишет заявление в полиции.

— Что? — вырвавшись из объятий, вскрикиваю я. — ГДЕ?

— Он сказал, что хочет наказать тех, кто с вами так обошёлся и пошёл писать в полицию заявление. Мне кажется это верное решение.

— Нет, Мария. Вы не знаете этих людей. О, боже, зачем Джексон только пошёл. У меня плохое предчувствие, — с ужасом говорю я.

— Милана, успокойся. Он напишет заявление, полиция займётся своим делом.