Джексон продолжает ходить туда-сюда. Что он хочет нам сказать?..

— Джексон, скажешь?

— Милана, Питер — твой старший брат, — сокрушено произносит Джексон, цепляясь за волосы.

— Брат, может быть, хватит сейчас надумывать, чтобы вернуть себе Милану, и вообще так нельзя шутить, — смеется от слов Питер, предполагая, что это шутка. — Она сама примет решение, если ещё не приняла в отношении нас.

— Да, Джексон, я не очень понимаю к чему это? — Я встаю с пола крыши. — Я приняла решение и могу сейчас твёрдо сообщить, что выбрала тебя. Джексон.

Джексон подходит к Питеру и уныло, смотря на него, заявляет:

— Милана — твоя сестра.

— Что? — в один голос мы вскрикиваем с Питером.

— Джексон, ты все это придумал? Скажи мне, — громко визжу я.

— Это правда, Милана… — печально отрезает Джексон. — Когда я об этом узнал, то сам не поверил, и чтобы все обдумать, уехал в Нью-Йорк.

Питер сжимает кулаки, не веря всему.

— Я не понимаю, как это возможно? — тараторит Питер.

— Подожди, — перебиваю я Питера. — Получается, что мой папа с вашей мамой…? О, нет…

Мой внутренний мир сиюминутно рухнул в этот момент. Я не знала, что такое боль пока не испытала ее. Раньше я думала, что боль это когда ты чем-то болен до такой степени, что тебе трудно дышать, говорить, но то, что я чувствую сейчас, было несравнимо, ни с чем…

— Да, именно по этой причине папа ушёл от нас с Питером…

— Так, значит, моим отцом является папа Миланы? — ошарашено произносит Питер, едва не падая в обморок.

— Да… — обезнадежено говорит Джексон. — Я сам в это не мог поверить…

— Мой отец изменил моей матери… — повторяю я дважды про себя мысль и на третий раз выкрикиваю ее вслух, теребя со всей силой свои волосы.

Это все сон и происходит не со мной. Моя мама живет с мужчиной, который изменил ей. А я, я обманута папой. Вот почему он к Питеру всегда относился по-другому. О, боже, я целовала своего брата…

У меня начинается истерика, слезы текут градом, я сажусь на корточки и опускаю голову вниз. Как же больно… Такого не могло с нами случиться. Как так? Я не верю…