– Не терпится бросить приглашение твоей маме.

– О, пожалуйста, можно я. Я заслужил.

Он прав, эта честь принадлежит ему. Я передаю ему новое приглашение, чтобы он мог превратить его в новый снаряд уже с мыслями о Деборе. Николас сминает его безжалостно, с особой тщательностью, и, размахнувшись, запускает вперед: шарик летит по высокой дуге через мусорный бак и отлетает, врезавшись в знак «стоп».

– Если я сейчас попаду, – начинаю я, перебрасывая пригласительный снежок из руки в руку, – тебе придется все это собрать самому, а я буду смотреть и есть картошку. Не собираюсь платить штраф за разбрасывание мусора. – Прищурившись, я старательно целюсь, но промахиваюсь. Ну конечно.

– Ха! – радуется он. – Мазила. А если я сейчас попаду, ты пойдешь в кафе и возьмешь мне шоколадный коктейль.

Николас тоже промахивается:

– Блин.

– А ты целишься даже хуже меня, – фыркаю я.

– Сама ты… – бурчит он под нос, и я смеюсь.

В коробке осталось последнее приглашение. Я катаю его в руках с нарочитой медлительностью.

– Если я сейчас попаду… – Мне приходит в голову самый сумасшедший вариант, логичное завершение. – Тебе придется жениться на мне. Не когда-нибудь и не может быть. Прямо сейчас.

Уже отвожу руку для броска, но Николас хватает меня за запястье. Вытаскивает скомканный шарик из пальцев, слезает с машины, идет к мусорке и целенаправленно опускает его внутрь.

Вопросительно приподнимаю бровь. Он медленно возвращается и останавливается в полуметре от меня, спрятав руки в карманы. Никакого подначивания и насмешки глазах больше нет.

– Я не позволю отдать нашу судьбу на волю случая.

– Правда? – Удивление, видимо, слишком явно написано на лице, но он совершенно серьезен. – Ты хочешь на мне жениться?

– Правда. Хочу мучить только тебя и никого другого.

Не могу отвести от него глаз. То, как он говорит – он будто предлагает мне именно то, о чем я мечтала. Ужасно хочется ему поверить, но я отдала ему самую важную часть меня, а он пока не сделал ответный шаг.

– Но ты еще не сказал, что любишь меня.

– Это не так.

– Не сказал.