– Я Эми. Могу я обнять тебя?

– Да, – сказал Адам слегка смущенно.

Подходили и другие люди, мужчины и женщины, обнимали Адама и Трэвиса, благодарили их за то, что вывели их и спасли жизни.

С каждым подошедшим я видела, как вина, которая тяготила Трэвиса весь прошлый год, стала чуточку легче. Когда образовалась очередь, по щекам Трэвиса заструились слезы, а потом заплакал и Адам. Остались те, кто хотел что-то сказать Адаму, а Трэвис ушел искать меня, но было радостно видеть, что и Адам нашел свое утешение. Уже в квартире Трэвис вышел из ванной комнаты в одном полотенце, обернутом вокруг бедер, вода струилась по его рукам и груди. Он плюхнулся на кровать и распростерся на спине, эмоционально вымотанный.

Я уже приняла душ и переоделась в пижаму в ожидании мужа.

Склонившись над ним, я поцеловала его в лоб.

– Я думала, что тебе будет полезно сходить, но не ожидала такого.

– И я. Если честно, голубка, у меня включился режим выживания. Я не помню всех этих людей. Я действовал на автопилоте.

– Что ж, твой автопилот герой.

– Не герой, – сказал Трэвис, сводя брови на переносице. – Даже не близко. Если бы не я, эти люди и вовсе не пришли бы туда.

– И это правда. Если бы на тебя не было так интересно смотреть, то они бы не пришли. Если бы они не хотели заплатить, Адам бы не сумел их организовать. Если бы в прошлый бой нас не застукали, Адаму не пришлось бы воспользоваться фонарями. Если бы это не был последний бой года, то не пришло бы столько людей. Если бы у них нашлись другие занятия, они были бы где-то еще.

Вероятностей дюжины, Трэвис, и ты не мог контролировать ни одну из них. А эти люди, которые обнимали тебя со слезами на глазах? Они пришли сегодня и ради тебя тоже. Иногда все идеально сходится для чего-то хорошего, а иногда для трагедии. Но ты не заслуживаешь того, чтобы винить только себя.

Он свел брови вместе.

– Отчасти заслуживаю.

– Все, кто там был, заслуживают. Я так считаю.

Он вздохнул:

– Мне нужно рано вставать. Давай уже отдыхать.

Мы забрались под простыни и прильнули друг к другу. Я легла чуть выше, чтобы Трэвис мог устроиться у меня на груди и расслабиться в моих объятиях. Все же он был неспокоен и ворочался на кровати.

– И какая программа конференции? – спросила я.

Он задержал дыхание, и я поняла, что он сдерживает волнение.