– Прошу простить меня за выбор слов, но… – Я подняла бокал. – За плохишей! И за девчонок, которые разбивают вам сердца! – Я прижала ладонь к груди, виновато глядя на Трэвиса. Он переживал, к чему это я клоню, поэтому я слегка улыбнулась, чтобы смягчить свое выражение лица. – И к моему абсолютному, черт подери, ужасу – когда я ненавижу быть центром внимания, – я хочу сообщить всей семье… что мы ждем ребенка.

Комната погрузилась в тишину, а потом все перевели взгляды на Трэвиса, который стоял с растерянным видом.

– Мы… ты… – запинаясь, проговорил он.

Я кивнула, излучая счастье:

– Я беременна.

– Ты…

Он открыл рот и посмотрел на окружающих.

Америка ахнула, прикладывая ладонь ко рту.

Трэвис посмотрел на меня, в его глазах сверкали слезы.

– Голубка… – задыхаясь, выпалил он. – Я стану отцом?

До Джима наконец дошел смысл происходящего, и он всхлипнул, промокнув глаза:

– У меня будет внучок?

Джек обнял его:

– Поздравляю!

Я снова кивнула, чувствуя, как слезы прожигают мне веки:

– Двое, двое внучков.

Все растерянно посмотрели на меня.

– У нас… – Я вздохнула, сама не веря своему счастью. – У нас будут близнецы.

Семья взорвалась возгласами ликования и аплодисментами. Америка кричала сквозь ладонь.

Джим радостно хохотал.