Такси притормаживает у обочины и Ви стремительно бросается к машине, лишая меня возможности даже открыть ей дверь. Запрыгивает на заднее сиденье, диктует адрес. Я ловлю название улицы и неразборчиво — дом. Этого достаточно, чтобы дать кому нужно координаты и выяснить, где она может быть. Куда в таких случаях обычно едут женщины, если на них только халат и босые пятки, а поехать к родителям — абсолютно не вариант? Наверняка к какой-то из своих подружек. Значит, я как минимум не выпущу ее из виду.

— Я люблю тебя, Ви.

Ее профиль за стеклом абсолютно неподвижный. Скулы окаменели от напряжения.

Если она и слышит мое запоздалое и абсолютно уже неуместное признание, то не подает виду. И мне остается только смотреть вслед машине, которая увозит от меня то единственное, что мне по настоящему дорого.

Глава сорок вторая: Эвелина

Глава сорок вторая: Эвелина

— Точно не хочешь ничего рассказать? — в который раз за утро пристает Ирка, наблюдая за тем, как я пытаюсь не утопиться в ее джинсах и свитере.

У нас не очень большая разница в объемах, но значительная разница в росте, из-за чего рукава ее и без того свободного свитера болтаются на моих руках в лучших традициях Пьеро. Но я благодарна за любую помощь, тем более, что своего у меня нет абсолютно ничего. В буквальном смысле слова, даже обуви.

Пока я провела всю ночь в пограничном состоянии между истерикой и полным равнодушием, перебирала в голове все, что у меня есть и пришла к неутешительному выводы, что моя единственная законная собственность была в том белом халате, который я без сожаления и невзирая на все протесты Ирки, свернула в пакет и отнесла на мойку. От него слишком сильно пахло тем утром, когда я проснулась счастливой и когда вся моя жизнь рухнула. Если бы в этом была еще хотя бы капля спасения, я бы к чертовой матери обрилась налысо, потому что сои волосы даже после двух моек головы все равно сохранили дыхание Олега, которое я чувствовала всю ночь.

— Просто начинаю новую жизнь, — бросаю как можно беззаботнее, подкатываю рукава и штанины, чтобы выглядеть хоть немного не так кукольно. Хотя, кого я обманываю? Вид у меня как у иллюстрации к Незнайке, где у всего маленького народа почему-то была непропорционально объемная одежда.

— Да кончай придуриваться, — обижается подруга, — как будто я не слышала как ты всю ночь сопли гоняла.

— Простыла, наверное, — стою на своем.

— Что случилось-то?

Я еще раз смотрю на себя в зеркало, беру одолженный у подруги рюкзак и проверяю, чтобы те пара купюр, которые она дала мне на проезд и мелкие расходы, были во внутреннем кармане.