Эпилог

Эпилог

ГРЕЙС

Мяч летал туда-сюда, а глаза Скипера бегали вслед за ним, на его лице застыла улыбка. Сегодня на нем была его любимая футбольная форма – футболка в красно-золотую полоску, белые шорты и черная повязка Nike с красным логотипом компании.

Деон Хотто был его любимым игроком, а Бенсон Шилонго занимал второе место. Он также стал большим поклонником крикета, регби и гольфа, его форма менялась в зависимости от времени года.

Билеты на финальный матч Кубка африканских наций стоили небольшое состояние, но Джимми настаивал, что оно того стоило. По его словам, годовщину их семьи стоит отпраздновать. Так он называл второе июня, день, когда образовалась их замечательная семья. Грейс всегда напоминала ему, что в тот день они были вместе менее трех секунд и что Джимми и Тилли на самом деле встретились только несколько месяцев спустя, но такого рода рассуждения не могли смутить Джимми. Второе июня было началом всего – днем, когда, по его мнению, все получилось.

Он прижал ребенка к плечу, давая ему срыгнуть после бутылочки – Марк Джеймс Херрик родился пять месяцев назад. Парень был вылитая морковка, его волосы были такими рыжими, что почти светились на солнце. Скиппер стал называть его Новичком, и это прозвище прижилось у всех, за исключением Хэдли, которая до сих пор настаивала на том, чтобы называть его Марком.

Хэдли много суетилась с Майлзом, который теперь вырос и перестал быть крохотным комочком. Он научился ходить в одиннадцать месяцев и с тех пор не переставал попадать в неприятности. В данный момент он пытался перелезть через перила на поле, желая достать «мяч», что, к великому удовольствию Скиппера, было его первым словом.

С каждым днем он все больше походил на Джимми, прежний толстячок начал обрастать мышцами, а его улыбка становилась все более и более озорной. Хэдли говорила, что, хотя он и похож на своего отца, характером пошел в Грейс, она предупреждала их, что у них будут проблемы и что он станет либо следующим великим героем, либо злодеем, в зависимости от того, как они его воспитают. Большая ответственность.

Хэдли с силой жевала жвачку. Она выкуривала по пачке сигарет в день и пыталась избавиться от этой привычки, используя пластырь, медитацию и гипноз. Когда ничего из этого не срабатывало, она шла на попятную, и так продолжалось раз за разом.

Когда Хэдли впервые появилась у них, то была в полном раздрае. Грейс считала невозможным, чтобы Хэдли когда-нибудь подурнеет, но женщина, появившаяся на пороге их дома через месяц после их прибытия в Намибию, была уже совсем не той, которую они оставили в Штатах. Она была изможденной и истощенной, ее кожа была землистой и бледной, а в глазах сквозила какая-то ужасающая пустота.