И вот сегодня Ирма наконец сказала Селетину, что его жена изменяла ему с другом, но ожидаемого эффекта почему-то не получилось. Наверное, потому, что Алена вела игру по-своему, а еще ко всему прочему в приватной беседе напрямую обвинила ее в смерти Вики, чуть ли не свиньей назвала. Ужасно неприятно…

— Ваш чай, Ирма Константиновна! — В гостиную вплыла Верочка.

* * *

…Алена догнала Романа только на улице.

— Рома!

Он, в распахнутом длинном пальто, съехавшем на сторону галстуке, обернулся. Спросил с неподвижным лицом:

— Ну что? Что?!

— Ты куда?

Он ничего не ответил, достал из кармана брелок от машины.

— Ты к Никите? — догадавшись, спросила Алена. Схватила его за руки. — Ромочка, не надо!

— Убью гада… — беззвучно прошептал он, отрывая от себя ее руки. И Алена вдруг поверила — а ведь правда, убьет.

— Не надо! — умоляюще закричала она, продолжая на нем виснуть. — Погоди… Давай хоть поговорим!

— О чем? — сквозь зубы прошептал он.

— О том, что прошлого уже не исправить!

— Еще как можно, — нехорошо улыбнулся он. Алена не узнавала Селетина, всегда такого спокойного и доброжелательного. — Ну, Никита, ну друг мой любезный…

— Рома! — Алена изо всех сил толкнула его в грудь. — Ты меня видишь или нет?! Поговори со мной!

— О чем? — Он в первый раз посмотрел ей в глаза, но так, словно она была пустым местом. — Да, когда ты собиралась рассказать мне обо всем этом? Ты давно знала — про Никиту?

— Я вообще не собиралась ничего тебе рассказывать! — едва не плача, воскликнула она. — Если бы ты не примчался сейчас к Ивлевой, то ничего бы не узнал!

— Тогда зачем, зачем тебе все это было надо?.. — Он затряс ее за плечи, совсем как недавно Ратманов.

— Ты ни в чем не виноват! Это они — Ирма и Никита довели Вику…