Вспомнив о планах на вечер, я спешу переодеться и выдвинуться в путь. К Николаю Геннадьевичу, в библиотеку. Мне в последнее время никак не удавалось съездить к нему на чашечку кофе и вообще – зависнуть на часок-другой в книжном раю. Сначала гипс, потом… нынешняя подготовка к зачетам. Вот я и решила украсть немного времени у себя самой же на поездку к новому другу…

– Спасибо, – вежливо благодарю я экономку Нину, ставящую передо мной чашечку чарующего кофе, чей аромат приятно ударяет в нос. Женщина удаляется.

– Александра, хотите я прочитаю вам Шекспира? – одухотворенно предлагает мне Николай, поправляя ворот рубашки.

– А вы знаете наизусть? – удивляюсь я, отмечая про себя его плохо скрываемое желание озвучить что-то из творчества величайшего английского писателя и драматурга.

– Не всё, конечно, но кое-что знаю, – с лукавой улыбкой сообщает мужчина.

– Я с радостью послушаю, – киваю я…

Я славно провела этот вечер, послушала прекрасные стихи, сонеты в исполнении Николая, обладающего весьма редким, как оказалось, талантом ораторского искусства и выразительного чтения. Думаю, преподаватель он высококлассный. Студенты, должно быть, его обожают… Особенно мне понравились сонеты 3, 11, 13, 14, 22, 29, 30, 43, 47 – почти все, что мужчина мне читал. Настолько чудесно звучат знаменитые строки из его уст, что я приятно потрясена и… всецело провалилась в ощущение знакомого мне детского восторга, в которое я впадала всякий раз, когда мой дедушка, посадив меня на колени, с восхищением читал любимую литературу и что-то пытался мне, маленькой, объяснить… Я с таким же замиранием сердца выслушала несколько отрывков из Сцены 2 пьесы «Генрих III» – слова Леди Анны и герцога Глостера. Вот это противостояние, я скажу!

Также я вдоволь порылась на книжных полках в поисках чего-то этакого и ведь нашла: ту самую пьесу Шекспира и собственноручно зачитала первые две сцены «Генриха III». Затянуло…

– Уже поздно. Я даже не заметила, как пролетело время. Простите, если отняла его у вас. У вас, наверное, много дел. – Я спешно откладываю книгу и встаю с кресла, едва завидев, сколько на часах времени.

– Какие дела, Александра? У меня нет их так же, как и тех, с кем можно было бы поговорить о литературе шестнадцатого века. Времена сейчас такие, что книги мало кого интересуют. Нынче литература не в моде, – с иронией замечает он, но всё же встает вместе со мной, чтобы проводить меня. Привычным жестом перевернув книгу на столе, страницами вниз. Этот человек не любит закладки, в этом я убедилась окончательно, и это не может не вызвать улыбку. Человека мы узнаем в мелочах, и это прекрасно.