А еще, возможно, он слукавил, чтобы не обидеть меня. Поскольку в тайной комнате на краю стола, стоящего немного поодаль от наших кресел, вплотную к стеллажу, лежала стопка печатных рукописей на английском языке с пометкой «Перевод к 16 числу». Ну а может, он уже завершил работу над переводом и сдал русский вариант в редакцию, не знаю.

– Вам бы познакомиться с моим дедушкой. Я ведь в него такая "литературная", – говорю я, толкая высокие двери библиотеки. – И кстати, он тоже обожает Шекспира. Да и часами готов говорить о любом произведении искусства. Даже о литературе шестнадцатого века. Поэтому думаю вы поладите. Только… к сожалению, он сейчас в Мексике, изучает тамошнюю культуру. Но когда он приедет, я обязательно отправлю его к вам, – с улыбкой обещаю я.

– Культура – это хорошо… А когда он планирует возвращение? Я был бы весьма рад с ним познакомиться.

– Пока не знаю, но обязательно спрошу. Как только он свяжется со мной.

А связывался дед со мной в последний раз недели две назад, когда я еще с гипсом ходила. Наверное, он бродит в богом забытых местах, где интернетом даже не пахнет.

– О, довольно-таки стемнело, – хмуро удивляется мужчина, отворив парадную дверь. И в самом деле опустились густые сумерки. – Может, останетесь на ночь? В доме много свободных комнат, – обеспокоенно предлагает он.

– Нет, что вы… Вы не волнуйтесь за меня. Я доберусь на такси.

И пообещав быть осторожной, а также снова заглянуть к «старику», как он выразился, но на сей раз не одна, а с Игорем, я прощаюсь с ним…

– Вам куда? – спрашивает меня мужчина за рулем.

А действительно, куда мне? Поехать на квартиру Игоря? Или же домой, в поселок? В квартиру может заявиться Андрей не в трезвом состоянии. Поэтому поеду-ка я домой. Так безопаснее…

Так я думала часа полтора назад, не имея представления, во что мне обойдется это решение.

Меня охватил дикий страх. Тот самый страх, возникающий у человека перед смертью. Какой-то человек, я не успела его разглядеть, запихнул меня в машину, когда я шла по своей улице домой (таксист оставил меня за углом, чтоб можно было удачно развернуть машину – таксисты они такие, заботятся лишь о своем удобстве), предварительно усыпив каким-то незнакомым мне на запах веществом.

Сейчас я в машине, кажется, лежу на заднем сиденье. Но я не уверена, потому что сознание плывет, ужасно болит голова. Она стала непривычно тяжелой, и я не в силах ее поднять. Чтобы оценить ситуацию, необходим здравый ум и спокойствие, а у меня вместо этого непонятная путаница в голове и леденящий сердце испуг.