По глазам я вижу, что его что-то беспокоит. Он не улыбается. Проводит рукой по моему телу и взглядом скользит по нему.

– Катя… мне тяжело, – шепчет он.

Но только я хочу спросить, почему, он кладет палец мне на губы. Тяжело выдыхает и быстро стягивает с меня одежду.

– Амир, – шепчу я.

Он просовывает мне в рот два пальца и я замолкаю. Второй рукой он мнет мое тело. Жадно, неистово. Словно мы не виделись целую вечность. Я выгибаюсь под его ласками. Закрываю глаза. И тут же чувствую тяжесть. Амир ложится на меня.

Я полностью отдаюсь этому мужчине. Чувствую каким-то шестым чувством, что ему это сейчас надо. Он берет меня быстро и властно, не давая опомниться и прийти в себя от его поцелуев и ласк.

Сосредоточенно двигается, уткнувшись лбом мне в плечо. Сжимает плечи, впивается пальцами. До боли. Но я терплю. Потому что эту боль перекрывает нечто другое.

Закрываю глаза и полностью отдаюсь его власти.

– Амир, – говорю я, привставая, когда мы лежим на кровати.

Глаза Амира закрыты, но лицо напряжено. Брови сведены. И грудь часто вздымается.

– Что-то случилось, Амир? – спрашиваю я. – Я уже боюсь всего.

Он открывает глаза и смотрит на меня. Слабо улыбается.

– Все идет как надо, Катя. Не переживай.

Встает с кровати и идет в душ.

Но на душе не спокойно. Что-то точно случилось. Я это чувствую.

Тут звонит его телефон на тумбочке и я невольно опускаю взгляд на экран. Звонят из клиники.

Слышу, что Амир еще в душе, и отвечаю сама.

– Амир Каримович? – голос доктора.

– Он занят. Это Екатерина, – отвечаю я. – Что-то случилось?

– Нет-нет, ничего страшного. Не переживайте. Мальчик почти здоров. В принципе, он может домой ехать. Амир Каримович просил позвонить…