– Кажется, я очень счастлива, и это счастье не помещается во мне.

– Она беременна, Артур. Что пристал? Ей можно плакать еще лет пять. Это гормоны, – одернула мужа Айза.

Артур закатил глаза, но тут Дан дернул его за нос, и важная мина сползла с лица деда.

Дан протянул руки и перелез с рук Артура ко мне. Марат обнял нас обоих, дунул в шею сыну, заставляя его хохотать.

Да, я точно была очень счастлива.

Эпилог

Эпилог

Марат

Я проснулся по привычке без будильника. Дан дрых поперек кровати, развалившись звездой. На меня он закинул обе ноги. Саше достались руки. Мелкий хитрец категорически не желал спать в кровати всю ночь. Он приходил к нам почти каждое утро. Хорошо хоть ночью засыпал в своей кровати после сказки с песенкой, и мы с Сашей могли заниматься грязным, безудержным сексом. Ну… насколько он был безудержным на шестом месяце беременности.

Аккуратно подвинув Дана, я выполз из кровати и тихонько вышел из спальни.

Мне нравилась зима в Италии больше, чем в России. Немного промозгло, но без снега и тонны одежды. К тому же мне нравилось заниматься на улице утром, когда почти морозно. Задний двор виллы Глеба Москвина был оборудован отличной спортивной площадкой. Папин приятель предоставил нам свой дом бесплатно на Новый год, но я настоял на оплате аренды.

Наверно, Глеб наврал о столь скромной цене, чтобы я отвязался. Хотя зима в этих местах, конечно, не курортный сезон.

Зато Саше и Дану нравилось. Они много гуляли у моря, что я считал очень полезным для ребенка и беременной Саши. С горем пополам мы утрясли все наши дела в Казани и Москве. Я рассчитывал, что справимся до осени и полетим на Кипр, но не сбылось. По большей части из-за Кости. На него насели со всех сторон.

Раненые гондоны Грифа несли ахинею о нападении на их начальника и его жену. Мы с Сашей дали показания, но и это не помогло. В итоге отец сотворил магию, и Костин пистолет превратился в ствол одного из ребят группы быстрого реагирования. Шуму от таких заклинаний поднялось еще больше.

По факту с Кости сняли все обвинения, но сам Громов посоветовал отправить моего партнера подальше с глаз.

Я не знал, что отец объяснял президенту. Они много и долго общались, и в итоге Косте пришлось быстро улетать в Штаты. Мы держали связь. Он жил то у одних наших друзей, то у других. Я думал, будет ему отпуск, отдохнет. Но Градов – конченый. Он буквально через неделю позвонил, чтобы ныть, как его бесит Америка.

Я скривился, вспоминая наши недолгие, но нервные разговоры по телефону. Заканчивались они всегда одинаково. Я начинал просить прощения, что втянул приятеля в это дерьмо. Он слал меня в жопу, утверждая, что не жалеет и сделал бы то же самое снова.