– На самом деле, – перебила его я, – Моё знание латыни вполне обосновано, по образованию я врач, хоть и не ветеринарный, но, тем не менее, мы коллеги.

– Ладно, коллега, – потрепал он меня по плечу, – чует моё сердце, что-то неладное. Тревожно мне. Я с мафией напрямую никогда не сталкивался.

Солнце по-осеннему ласково, словно прощаясь перед дальней дорогой, заглядывало во все кособокие окна ветстанции. Мне нестерпимо захотелось выйти на улицу и, раскинув руки, просто постоять в единении с небесным светилом.  Я подалась своему желанию и выбежала наружу. Но душу разъедали мысли о том, что Роберт нуждается в помощи, а Эдвард с нетерпением ждёт моего возвращения. Я боялась даже думать, что с ними произошло непоправимое. Загнав машину за ветстанцию от случайных глаз, я вытащила из багажника сумку и вернулась в дом. Врач на электроплитке варил для Базилио кашу с тушенкой.

– Михалыч, а что ты ночью говорил про поездку на остров? – я оседлала стул и потянула носом. – Аппетитно пахнет.

– Аппетитно, – кивнул Иван Михайлович и снял пробу. – Да это я не подумав брякнул. Нельзя тебе к ним. Такую красотку вместе с Базилио приберут к рукам запросто.

– А что за люди там?

– Я документов у них не спрашивал. Но как-то приезжал сюда парень белобрысый, овчарку привозил на лечение. Вел себя нагло, но я не уверен, что это хозяин острова.

– Скажи, Михалыч, как так? Места у вас заповедные, а продают в частное владение.

– Формально оформляют как аренду, – поскреб врач в затылке. – Но на такой срок, что или ишак, или падишах сдохнет.

– А как узнать, кто владелец? Есть у меня подозрение, что я приехала по адресу, – я умоляюще сложила руки у груди.

– Съезди в поселок в управление.

Теперь я задумалась. Нужно найти либо веские причины, либо дать взятку. Денег осталось три тысячи долларов. А еще непонятно у цели я или цыганка обманула меня.

– Ты прав, пойду переоденусь и съезжу на разведку. Заодно для Базилио мяса куплю.

– Слабый он совсем, пусть отдыхает. Иди наверх, там еще комната есть. Располагайся, как дома.

– Спасибо! – я подхватила сумку и по скрипучим ступеням поднялась на второй этаж.

В комнате стояла металлическая кровать со свернутым ватным матрасом, несгораемый шкаф и зеркало в тяжелой деревянной раме в пол. Оно оказалось очень кстати. Я раскатала матрас и уселась по-турецки, расстегнув сумку. Я достала черный парик и расчесала его. Расхаживать здесь с белыми волосами уже не стоило, даже если я ошиблась местом. Закрепив на голове роскошные кудри, я нанесла темный тон, насурьмила брови и подчеркнула губы персиковым блеском. Глаза требовали отдыха, и я решила обойтись без линз.