– Ложись давай.

Эдвард продержал меня в ванной не меньше получаса. Он то поливал мою грудь струями теплой воды, то массировал и сцеживал застоявшееся молоко. Я терпела, сжав зубы. Облегчение пришло не сразу, но наконец боль отступила. В умелых руках Эдварда грудь превратилась в мягкую глину. Наконец он выключил воду и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

– Нет ничего страшнее львицы, которую разлучили с детёнышем, – его голос проникал в самое сердце. – Не хотел бы я оказаться по другую сторону барьера от тебя.

Он встал и положил на край ванной махровый халат.

– Одевайся и приходи в комнату.

Глава 38

Глава 38

Джулия

– Принцесса, книга готова! – голос Роберта в трубке дрожал от волнения. – Строчил как умалишенный всю ночь, вздремнул под утро пару часиков и добил последнюю главу.

– Львенок, поздравляю! Лучшая новость за это лето, – я отложила проект клиники в графстве Суррей, над которым мы работали вместе с Эдвардом. Не знаю, насколько в действительности последнему нужна была моя помощь. Всем своим видом он мне давал понять, что она бесценна.

– Умираю от желания, моя кошечка. Этот тиран там тебя не очень замучил?

– Не переживай, я крепкая девушка.

– Хочу ворваться в твою крепость немедленно! Бери Ника и приходи, а я по-быстрому в душ.

– Что значит приходи? Ты же закончил книгу!

– Это значит возвращайся, любимая.

– Ралли, привет, – набрала я номер телохранителя. – Через полчаса я пойду на прогулку.

Август в этом году выдался жаркий, и потому звонок Роберта застал меня в неглиже. Допив остывший чай в два глотка, я прошла в свою новую гардеробную, чтобы одеться. Бесчисленное количество вешалок с нарядами на любую погоду и случай здесь появилось благодаря стараниям Фаррелла-старшего. Голодный плач Ника отвлек меня от размышлений над идеальным платьем для романтического свидания с мужем после его длительного затворничества. Прибежав к колыбели, я достала Львенка-младшего и расцеловала.

– Мамино солнышко проснулось! Сейчас покушаем, наберись терпения, – я села в кресло для кормления, распахнула шелковый халат и дала сыну грудь.

Он тут же довольно зачмокал, помогая себе маленькими ладошками добывать молоко. Поначалу я кормила Ника в кровати и там же мы вместе засыпали, но Эдвард убедил меня, что лучше, если ребенок будет спать в колыбели, а кушать у меня на руках. Возражение, что внуку ночью мешает лунный свет, и он спит беспокойно, Фаррелл-старший разрешил просто. Он заказал плотные шторы. Так сначала у меня появилось кресло, а потом и новая комната в доме Эдварда. Она, как и его спальня по соседству, выходила на южную сторону, и летом по утрам здесь по стенам рассыпались солнечные лучи. Дотянувшись ногой до кнопки на вентиляторе, я включила его и, прикрыв глаза, повернула лицо к обдавшему меня потоку теплого воздуха.