– Спортсмен? – отогнула занавесь, до сих пор пахнущую речной водой, вошла вовнутрь. Скинула кеды и ступила на плотный ковер из низкой газонной травы босыми ногами.

– Нет, хмель выгоняю, – Серёжа не остановился, продолжая гонять мяч сам с собой – Отец говорил, что это лучший способ протрезветь и голову проветрить.

– Пора?

– Да, – коротко ответил он и со всей дури ударил по мячу, отправив его в ворота.

Зажмурилась, поняв, что ему сейчас больно. Но Серёжа только сильнее заулыбался и вновь бросился за мячом.

– Что, теперь опять станешь игнорировать?

– Тебя сложно игнорировать. Это приводит к пьянству и сумасшествию. А этим я планировал заняться после шестидесяти.

– Хм… Печалька…

– Почему? – вот тут Серёжа остановился, обернувшись в мою сторону.

– Мне нравится, когда ты пьяный и не совсем адекватный.

Не знаю, что на меня нашло. Но руки сами стали расстёгивать хлопковую рубашку в голубую клетку, пальцы потянулись к джинсам, а ноги понесли через все поле. Знала, куда иду. И знала, что он пойдёт за мной. Подумает немного, сглотнет горечь шока и пойдёт. Скидывала одежду, подставляя бледное тело солнцу, бежала по колючей тропинке к берегу, где за плотным кольцом камыша было моё любимое место.

Ещё прохладная вода обожгла кожу, но я рванула вперёд, погружаясь в реку полностью. Небольшие волны помогали, утягивая на самое дно. Руками ухватилась за крепкие стебли и перевернулась. Сквозь прозрачную воду было видно солнце и чистое голубое небо. Вода давила, а сердце билось все тише и тише, прогоняя нервозность. Вдруг свет исчез, тьма накрыла меня, а поток воды подбросил вверх. Огромная мужская рука схватила за запястье и потянула наверх.

– Никогда! – заорал Сережа, как только моя голова показалась из воды. – Никогда так больше не делай.

Дрожащими пальцами убирал мои волосы с лица, заглядывал в глаза и щупал пульс. А мне и этого не надо было. Его лицо, движение глаз и пульсирующая на шее вена говорили сами за себя. Испугался. До безумия. По-настоящему, как тогда. Серёжа продолжал щупать меня, поддерживая на плаву за попу. Словно пытался убедиться, что со мной ничего не произошло, гладил шею, руки, бесстыже проходился по груди, пропуская напряженный сосок меж пальцев… И дышал… Тяжело, с резкими всхлипами.

Обвила его ногами, притягивая к себе так, чтобы и сантиметра свободного не осталось. Чтобы сердца бились вместе, а вздохи слились. Сплела свои щиколотки, как тиски, наслаждаясь твёрдостью его возбуждения, чуть двинула бедрами, радуясь, что нас не разделяет бездушная и холодная ткань. Тело к телу. Кожа к коже. Опустила руки ему на грудь, потянулась к шее, прошлась по мокрым волосам, пальцами пробежалась по щетине, наслаждаясь привычной колючестью и поцеловала. По-настоящему. Робко и еле уловимо. Вздрогнули оба, словно током пробило и тут уже было не остановить. Да и не пытался никто. Его руки легко заскользили по спине, зарылись в волосах, натягивая так, что пришлось откинуть голову. Его губы легкими касаниями пошли по шее, спускаясь все ниже и ниже, он зарычал, потому что вода мешала обзору, тогда в два прыжка мы оказались на берегу. Серёжа легко подхватил одежду и рванул вглубь леса. За густой листвой прятался сенник. Бросив одежду, он медленно опустил меня на мягкую копну. Он не говорил ни слова, лишь смотрел. Но недолго.