Дверь медленно открылась. Показалась мама, одетая в длинный, до пола, красный велюровый халат, который в прошлом году получила на Рождество.
– Не против, если я зайду?
– Как будто я могу тебе запретить.
– Можешь, – тихо отозвалась мама. – Так ты не против?
Кейт пожала плечами, но подвинулась на кровати, освобождая для нее место.
– Ты знаешь, Кейти, иногда в жизни…
Кейт не смогла сдержать стона. Серьезно? Очередная нотация про тяготы жизни?
К ее удивлению, мама вдруг рассмеялась.
– Ладно, ладно, обойдемся без речей. Наверное, ты для этого уже слишком большая. – Она подошла к алтарю на комоде. – В последний раз я у тебя такой видела, когда тете Джорджии делали химиотерапию. А сейчас за кого нужно молиться?
– У мамы Талли рак, а еще ее изн… – Она прикусила язык, в ужасе от того, что чуть не выболтала чужую тайну. Она привыкла рассказывать маме все на свете, но теперь у нее есть лучшая подруга, так что придется быть поосторожнее.
Мама села рядом с ней на кровать, как делала после каждой ссоры.
– Рак? Тяжелое испытание для девочки твоего возраста.
– Ее вроде не напрягает.
– Правда?
– Да ее вообще ничего не напрягает. – В голосе Кейт послышалась гордость.
– В каком смысле?
– Ты не поймешь.
– Что, старая слишком?
– Я этого не говорила.
Мама легонько коснулась ее лба, убирая волосы, – такое знакомое прикосновение, естественное, как дыхание. Кейт от этого каждый раз будто возвращалась в детство.