– Моего роста хватит, – выдаю я, не удержавшись. Не желая показаться навязчивым, я прокашливаюсь и добавляю: – И у меня много высоких… друзей.
Слово «друзья» очень странное по ощущениям. Как есть взрывную карамель и запивать ее содой.
– Думаете, вы и ваши… друзья, – Ноа произносит это слово с улыбкой, будто бы знает, что мне некомфортно, – можете помочь?
Я пожимаю плечами.
– Думаю, да.
Ноа неспешно кивает.
– Хорошо. Может, от этого ей станет получше. Видимо, ей
Я стараюсь не рассмеяться. Нет, должно быть что‐то еще. И мне хочется докопаться до правды. Я хочу быть тем, кому Энди доверит самое сокровенное. Но я – уж точно не тот, кому она захочет открыться.
– Какой у вас адрес?
Ноа медленно растягивает губы в широкой улыбке.
Не прошло и суток, а я уже стою на пороге дома Энди и Ноа. Собираясь позвонить в дверь, я вдруг останавливаюсь, услышав шепот за спиной. Повернувшись, я оглядываю Брюса и Колби, которые хихикают как дети малые. И о чем я только думал, когда решил взять их с собой?
Реми разделяет мое раздражение и толкает Колби локтем в бок. У Уэста свидание с Мэл, а это значит, одним раздражающим хоккеистом меньше.
– Ребята, может заткнетесь, наконец?
– Извиняй! – громко шепчет мне Колби. – Я просто поверить не могу, что ты влюбился.
– Ни в кого я не влюбился, – тут же выпаливаю я, и все разражаются тихим смехом.
– Ага‐а-а, – протягивает Брюс, подмигнув мне.
Реми рычит от недовольства.
Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Вновь повернувшись к двери, я наконец нажимаю на кнопку звонка.
Через мгновение нам открывает Ноа, широко раскрыв глаза. Он удивлен, что нас четверо. В его глазах я вижу восторг. Возможно, даже больше при виде моих приятелей, чем при виде меня. На нем красная футболка «Иглз» с номером Реми на плечах.
Я делаю мысленную заметку о том, что стоит подарить ему такую же, но с моим номером.
– Здрасьте, – нервно выдыхает он. – З‐заходите…
Мы проходим в тесную прихожую. В ней так тесно, что мы все стоим плечом к плечу. Я замечаю семейное фото на стене. На нем Ноа, Энди и, предполагаю, их родители. Я отмечаю, что Ноа похож на отца, но глаза у него мамины. А вот Энди – точная копия своей матери. Просто помоложе. Почувствовав, будто бы я нарушаю границы, я быстро отвожу взгляд от фотографии.
– Ноа, кто там? – кричит Энди из другой комнаты.
Мальчик бежит на ее голос, подзывая нас жестом следовать за ним. Мы проходим по узкому коридору один за другим, потому что иначе мы не помещаемся, и входим в гостиную, слитую с кухней. Стены покрашены в приятный желтый оттенок. Кухня вся заставлена коробками из‐под еды и бутылками с водой, а в раковине стоит грязная посуда. Дом, хоть и обжитый, но уютный.
Энди встает с дивана с пультом в руках и с удивлением смотрит на нас.
– Эм… – это все, что она может сейчас сказать, все еще осмысливая происходящее. В принципе, меня это не смущает, потому что это дает мне пару драгоценных моментов полюбоваться ей.
Энди одета в розовые шорты с сердечками, благодаря которым видны ее прекрасные спортивные ноги. На ее майке изображена стопка книг, а под ней написано:
Красивее девушки я в жизни не видел.
Наконец Энди собирается с мыслями.
– Ноа… Что эти четверо гигантов делают у нас дома? Где‐то открылся волшебный портал, а я об этом не знаю?
Я оглядываюсь на парней. Реми очевидно удивлен тем, что она их не узнает. Дело не в том, что он зазнался, а в том, что в Вашингтоне нас знают все, и шагу не ступишь, чтобы не быть замеченным фанатами.
Брюс прикусывает щеки, пытаясь не засмеяться, а по виду Колби можно сказать, что он вот‐вот не выдержит. Я предупреждающе смотрю на них, а затем поворачиваюсь обратно к Энди.
– Ноа не предупредил, что мы придем?
Энди скрещивает руки на груди, прикрыв рисунок на майке, и переводит удивленный взгляд на Ноа, который стоит рядом с ней.
– Не‐е-а, – она растягивает слово для пущего эффекта, и мальчик делает пару шагов назад.
На меня вдруг накатывает неловкость ситуации, и я растерянно чешу затылок.
– Мы пришли, чтобы помочь со спортзалом.
Энди переводит взгляд на меня, а затем на парней, стоящих сзади. Она поднимает руки и начинает возиться с волосами. От ее движений слегка задирается майка, и я вижу, что у нее выпуклый пупок.
Я сглатываю. Это даже более мило, чем ямочки на щеках.
– Не стоит, правда. Мы разберемся. – Она кладет руки на свои бедра, не в силах стоять спокойно.
Теперь я чувствую вину за то, что вломился вот так без разрешения. Но, в мое оправдание, Ноа должен был предупредить еще час назад. Конечно, мне стоило написать ей об этом напрямую, но я знаю, что тогда она бы точно придумала какую-нибудь причину и отказала. Ей нужен кто‐то высокий, кто может помочь переставить вещи – получите, распишитесь.
– Где же спортзал, блондиночка? Мы никуда не уйдем, пока не поможем безопасно расставить…
– А что это за «копилка гадостей»? – перебивает меня Колби. Вслед за Энди я перевожу взгляд на ярко-розовую стеклянную банку, украшенную пластиковыми стразами и крупной надписью «копилка гадостей». Она полна денег, еще чуть‐чуть и заполнится по самое горлышко.
Энди подбегает к кухонной столешнице, поспешно хватает банку и прячет ее в один из шкафчиков.
– А, да так, ничего.
– Энди ругается, как сапожник. Каждый раз, когда она выругивается, она должна положить туда доллар.
Девушка громко вздыхает и смеряет мальчика самым яростным взглядом на планете. Но при этом она больше похоже на милого злого котенка.
– Ты вообще на чьей стороне?!
Ноа пытается не улыбаться, но у него это не получается. Реми, Брюс и Колби усмехаются вместе с ним. Один я с трудом сдерживаю улыбку.
– Но она говорит, что, когда мы накопим большую сумму, мы потратим ее на что‐то веселое, – добавляет Ноа, стараясь спасти репутацию сестры.
Она лишь хмыкает и скрещивает руки на груди.
– Мне кажется, вы уже скопили достаточно, чтобы потратиться на развлечения, – говорит Брюс.
Вслед за ним Реми откашливается и добавляет:
– Ну так, где спортзал? – спрашивает он у Энди и поворачивается ко мне: – Пора начинать.
Энди вздыхает и сдается.
– Ноа, покажи им, где зал, – затем она оглядывает себя, ее взгляд останавливается на пушистых носках, и лицо ее становится ярко‐красным, что‐то между клубникой и помидором. Должно быть, она вспомнила, что одета в пижаму. – Я пока пойду переоденусь.
Девушка бросается к лестнице напротив кухни. Она так быстро поднимается по лестнице, будто за ней кто‐то гонится.
– Сюда, – говорит Ноа, вновь выступая нашим проводником.
Проходит десять минут. Мы все толпимся в гостевой спальне на первом этаже. Брюс держит верхнюю часть рамы, пока Реми закручивает болты. Мы с Колби собираем стойку для гантелей, а Ноа держит полную коробку винтов, подавая их нам, когда мы попросим. У нас отлично идет работа, понадобится не больше часа, чтобы все собрать и расставить.
Энди заглядывает в комнату, встав в дверном проеме. Теперь она выглядит спокойнее. Она переоделась в темно‐розовые легинсы и белую толстовку. Но я все не могу забыть ее голые ноги.
– Извините за то, что я сказала раньше… Вы немного застали меня врасплох. Как вас зовут? Я Энди, – она улыбается и смотрит на моих товарищей по команде.
Реми вежливо улыбается ей в ответ и представляется:
– Я Форд, но все зовут меня Реми. Приятно познакомиться.
Она прищуривается, разглядывая троих мужчин повнимательнее.
– Боже мой, я такая глупая! Вы же были на игре.
Брюс усмехается.
– Нас трудно узнать без солнечных очков, да?
Она смеется.
– А ты… Брюс, верно?
– Да, это я! – он ухмыляется. Когда она обращает свое внимание на Колби, Брюс смотрит на меня и приподнимает брови.
– А ты…
– Колби, мэм. К вашим услугам!
– Колби… – Энди почесывает подбородок и постукивает ногой, ногти на ее ногах окрашены в ярко‐розовый с маленькими белыми ромашками. – Почему это звучит знакомо?
– Хоккей, – шепчет Ноа.
Энди удивленно распахивает глаза, поворачивается к Ноа, а затем ко мне:
– Это что, игроки из твоей команды?!
– Вау. Быстро же ты сообразила, – подкалываю ее я.
Энди бьет себя ладонью по лбу.
– Вы, наверное, думаете, что мы в пещере живем.
Брюс и Колби усмехаются, а на лице у Реми и так все написано. Он не может поверить, как можно такого не знать.
– Так ты и правда ничего не знаешь о хоккее? – спрашивает Колби.
– Ничегошеньки, – без раздумий отвечает Энди.
Реми щурится, и я понимаю, что он что‐то задумал.
– Как насчет небольшой викторины? Чтобы подтвердить, что ты правда ничего не знаешь.
– За каждый правильный ответ я буду класть по доллару в копилку гадостей, – объясняет Реми. Не могу сказать, правда ли он ей не верит или просто прикалывается.
С жизнью как у нас трудно доверять людям.
Колби бьет рукой по колену.
– Я в деле! Тоже добавлю по доллару за каждый правильный ответ.
– И я! – говорит Брюс с улыбкой.
Энди кривит лицо и смотрит на брата.
– Ноа, заранее извини за то разочарование, которое тебя сейчас ждет.
Я улыбаюсь и качаю головой. Реми закручивает очередной болт в раму и делает шаг назад.
– Вопрос первый. Он легкий. Кто лучший снайпер в НХЛ?
Энди безучастно смотрит на него. Очевидно, она понятия не имеет, о чем он. Я не сдерживаю смех.